Перворожденный

Если обычная девчонка с ножом ослабила Нэйтана, то Инквизиция и подавно нашла бы способ его одолеть.

— Инквизиция много за что преследовала Нэйтана, — ответил король, — но не за это. О том, что случилось, они даже не узнали.

Катрина нахмурилась.

— Как такое может быть?

И лишь озвучив вопрос, она поняла. Инквизиторам известны миллионы секретов, в том числе и государственной важности. Они клянутся на магических свечах об их неразглашении. Ей тоже приходилось приносить клятву перед каждым своим делом в Инквизиции. А что может сделать магическая клятва с тем, кто лишен дара? Ни-че-го.

Зная это, наказанные Нэйтаном, должно быть, не только не пожаловались на его самоуправство, они сами не рискнули показываться на глаза. Ведь Инквизиции они без магии не нужны, а отпустить их без гарантии сохранности тайн никто бы не рискнул. Свои бы и ликвидировали.

— Они сбежали, — прошептала Катрина, догадавшись, что на самом деле произошло.

— Именно. — Кажется, король был доволен, что она дошла до этого вывода сама. — Трое в скором времени покончили с собой, — рассказал будничным тоном, — а четвертый — жив-здоров.

— И где же он?

— В данный момент не знаю. — Эрик пожал плечами, и ей показалось, что он с трудом сдерживает улыбку. — Привел вас на завтрак и отправился выполнять остальные поручения.

Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать услышанное.

— Филипп? — голос прозвучал жалобно.

— Раньше его звали иначе, — кивнул король, подтверждая, что речь именно о том, о ком она подумала.

Катрина отрешенно провела ладонью по лицу.

Теперь она запуталась еще больше, чем раньше. Можно ли вообще предугадать поступки Нэйтана?

— Только не спрашивайте меня, как он тут оказался, — предвосхитил Эрик ее следующий вопрос. — Однажды Нэйт просто приволок Филиппа в замок, сказал, что более преданного слуги мне не найти, и оказался прав.

— Но я не заметила в нем ненависти при упоминании имени Натаниэля, — Катрина все еще не могла поверить.

Эрик хмыкнул.

— Готов поспорить, что и особой любви к нему вы тоже не почувствовали.

Филипп верен до мозга костей, мне этого достаточно. И верен он мне, а не Нэйтану, потому что тот может его убить, а я могу сдать бывшим коллегам.

Катрина поднесла к губам спасительную чашку уже остывшего кофе.

Вопросов становилось все больше.

***

В подземелье Катрина спустилась, все еще пребывая в растерянности.

Нэйтан читал и не выразил особой заинтересованности ее приходом.

— Поборола отвращение? — бросил, даже не соизволив повернуть голову.