Перворожденный

— Она сама все сделала, — сказал он таким тоном, что Катрине почудилось, что и ему жаль глупую девушку, которой в те годы была нынешняя принцесса Эрика. — Я просто не стал ее спасать.

— Погоди, — спохватилась Катрина. — Но ведь после этого ей следовало бы тебя ненавидеть, а не гоняться за тобой всю оставшуюся жизнь.

Нэйт ухмыльнулся, посмотрел снисходительно.

— Ты полагаешь, она меня не ненавидит?

— Мне показалось, она хочет тебя заполучить, — честно ответила Катрина. — Как мужчину, — уточнила на всякий случай.

— Ненависти это не исключает, — отозвался Нэйтан. — Поверь мне.

Катрина помолчала, переосмысливая увиденное и услышанное теперь.

— Как отреагировал на это Патриэль Финистер? — спросила.

Она представила, что было бы, если б ее собственный отец узнал о подобном поступке дочери. Хотя даже представить страшно. Выгнал бы из дома? Лишил бы наследства? Отправил бы в монастырь?

Нэйтан наклонился, взял одеяло с пола и принялся его аккуратно сворачивать, демонстрируя, что их встреча подошла к концу.

— Да как отреагировал… Влепил пощечину, потом Эрик утащил ревущую сестру подальше от разъяренного отца.

— А потом?

— А потом… — Он, не оборачиваясь, кинул сложенное одеяло на койку. — Я расскажу тебе завтра, что было потом.

Катрина кивнула, соглашаясь. Встала.

— И все же мне ее жаль, — решила окончательно, все еще примеряя ситуацию на себя и своего отца.

Нэйт встретился с ней взглядом, в котором на этот раз не было насмешки или веселья.

— А мне — нет, — произнес твердо. — Не жаль.

Глава 31

Катрина поймала себя на том, что трижды поменяла прическу, прежде чем осталась удовлетворена своим внешним видом, чтобы покинуть комнату.

А ведь утром она уже выходила на завтрак с его величеством. Помнится, собрала волосы в пучок и поспешила к королю, чтобы не опоздать. Так какого черта, она собирается в подземелье, как на свидание?

Эта мысль показалась настолько чудовищной, что Катрина покачнулась. Потом, не глядя, нашарила ногой стул и опустилась перед зеркалом, смотря на себя, свои пылающие щеки, и не узнавая.

Когда Нэйтан перестал быть для нее просто работой? Когда она начала наслаждаться его обществом?

Нет-нет-нет.

Чем там наслаждаться? Он ведь только и делает, что смеется над ней.

А еще с ним Катрина могла быть сама собой. Не стесняться, не думать о правилах и приличиях, говорить то, что думает.

Тем не менее, самым глупым, что она могла совершить в своей жизни, это начать смотреть на Нэйта как на мужчину, а не как на задание.