Перворожденный

— И учти, — погрозил кривым узловатым пальцем, отложив перо, — я дважды не предлагаю, — выделил слово интонацией, передразнивая. — У тебя неделя. После коронации я желаю видеть тебя у себя.

Вот так, не больше, не меньше. Твердо и безапелляционно.

Впрочем, Нэйтану было нечего бояться. Если коронация вероломного принца все-таки состоится, он немедленно исчезнет из столицы, только его и видели. Как бы ни был силен Придворный маг, Нэйт был сильнее.

— Я понял, — не стал спорить. — Я могу идти?

— Иди, — проворчал старик, потом спохватился: — Как там тебя зовут, говоришь?

Вот так.

Нэйт успел встать и направиться к двери. Остановился, обернулся.

— Нэйтан Фостер.

— Нэ-эйтан Фо-о-остер, — повторил Придворный маг, растягивая слова и записывая. — И документы прихвати, а то будешь без жалования.

Нэйта подмывало задать вопрос о размере этого самого жалования, но он сдержался. Куда выгоднее было оставить старика в полной уверенности, что все будет так, как он хочет.

— Я понял, лорд Корвин, — ответил настолько смиренно, насколько мог.

— Проваливай. — Придворный маг больше не был заинтересован вести беседы. — Утром после коронации чтобы был здесь. С рассветом.

— Непременно, — пообещал Нэйт и вышел.

***

Мужчины собрались в кабинете лорда Патриэля лишь поздним вечером, когда нежданные и незваные послы жениха Эрики отошли ко сну, предоставив остальных жильцов дома самим себе.

— Лорд Ригли выслушал меня, — сообщил Финистер старший, когда все расселись.

Тот кивнул.

— Но он готов выступить против Верна? — не понял Эрик. — Выдвинуть обвинения? Потребовать суда?

— Готов, — кивнул лорд Патриэль.

— Зря мы ждали его объективности, — вставил молчавший до этого Кнот. — Несмотря на старость и бездетность, он с радостью займет трон.

— Но какие-либо действия он готов предпринимать только после встречи с Нэйтаном, — уточнил Финистер старший. — Сказал, что должен убедиться лично, потому что я лицо заинтересованное.

Нэйт чуть было не спросил, почему заинтересованное, но вовремя прикусил язык. Черт голову сломит в их притязаниях на корону, но все верно: если лорд Дункан Ригли стар и бездетен, в скором времени он умрет, а без его прямых наследников трон перейдет следующему претенденту — лорду Финистеру.

— Абсурд, — высказался Эрик, видимо, произведя в голове те же расчеты. — Мы никогда не стремились править Аренором.

— Ты не стремился, — бросил его дядя.