Рождённые в горах. Звёзды помнят лица

Парень не отводил ладони от лица, а в мыслях у него почему-то крутилось: «Я теперь папа»

– А может, это ещё можно исправить? – предложил Торгни.

– И убить его!? – Трюггви подошёл к мужчине-оленю. – Ни за что!

– Вы хотите убить меня? – спросил беспристрастно голый мужчина, греющий ладони над Костром.

– Нет-нет, просто у Торгни проблемы, эм, с головой! – Риа присела к новорождённому. – Давайте вернёмся в деревню, пока он не окоченел совсем?

– И что мы скажем всем? – спросила Сакс.

Трепыхалось янтарное пламя, растапливая редкие снежинки, от слабого ветра покачивались ветви деревьев, а от света лун всюду плясали забавные тени.

– Мы скажем правду. Поведаем о том, что в это мгновение появился на свет Эйктюрнир[A1] по воле легенды и из-за нашей ошибки. – Риа назвала имя мужчины.

– Ты хочешь назвать его в честь легендарного животного? – спросила Маррин.

– Он рождён от легенды, пусть и носит имя героя легенды.

Трюггви понравилось имя для своего нового сына… друга.

– Хватит врать. Мы и так скрывали слишком многое, в том числе, от вас. – Травница обвела рукой собравшихся. – Одни переживания и беды от этого. Хватит лжи.

– А ты в чём-то права. – Задумался Торгни.

Трюггви лишь прикусил губы, вспоминая свой новый секрет. Скутт попросил никому ничего не рассказывать, а Риа здесь – тоже все. Но, правильно ли он поступает? Этот вопрос будет мучать его до тех самых пор, пока Скутт сам не решится на признание.

Братство рун и ран драконов двинулось в деревню, когда Костёр окончательно затух. Только маленькие искры бегло поднимались в ночное небо, а маленький мальчик заворожённо смотрел за ними, стараясь не попадаться на вид взрослым и страшным людям. Искры заворожили его надолго. Он смотрел на них и тосковал по былому…

[A1]С норвежского Eikpyrnir– «дуборогий». Мифический олень в германо-скандинавской мифологии. Согласно «Старшей Эдде», он стоит на крыше Вальхаллы и ест листья мирового дерева.

18. Я просто...

Незнакомец удивился новоявленному мужчине, когда тот вошёл в избу со всеми остальными. Трюггви пришлось ему всё объяснять, пока Риа искала всякое тряпьё для Эйктюрнира. Маррин часто перебивала Трюггви, добавляя свои мысли. Женщина всё время крепко держала Эйктюрнира за руку. Она ласково смотрела на него и хотела защитить.