Мечта для ликана

Ей приговор Орден вынес, да не казнь, а еще более жестокий: посчитали паладины, что смерть — слишком мягкое наказание для убийцы детей. Приговорили ее к вечному заключению в Тирагарде. Она там уж лет семьдесят сидит.

Часы тихо тикали на полке, а за окном кружились в своем прекрасном танце снежинки.

— Как ее звали? — после продолжительного молчания спросила Мила.

— Далия. Далия Шенор.

— И вы думаете, что она невиновна?

— Я этого не говорил, — прохрипел старичок, зевая.

— Но вы бы не советовали ее мне, — весомо произнесла Мила, наклоняясь вперед, — если бы она была заключена заслуженно.

Фий посмотрел на нее внимательным взглядом серебристых глаз, ожидая продолжения. Мила тщательно обдумала свои дальнейшие слова.

— Как

вы

думаете, она совершила то, в чем ее обвинил Орден?

Старичок склонил свою маленькую головку, тонкие серебристые пряди качнулись.

— Если бы ты спросила, могла ли она убить тех детей, я бы ответил, что да.

Мила кивнула, поблагодарила за совет и собралась уходить. Только у самой двери она все же решилась спросить, хотя могла это выяснить сама, но ей вдруг пришло в голову, что не просто так Фий рассказывал ей про жениха Далии — слезливой историей ни ее, ни его не удивить.

— Жених той девушки, паладин, он еще жив?

Фий хитро улыбнулся и многозначительно зевнул, всем своим видом показывая, как он устал от гостьи.

— Жив. Недавно стал Верховным паладином.

Глава 2. Узница

Загадка времени в том, что оно не течет, оно — окутывает. Время — эта та же материя, как магия, как пространство. Если ты сумеешь заглянуть в него, ты поймешь его суть, поймешь, что наши жизни не существуют, ведь то настоящее, в котором мы живем, его нет. Каждую секунду оно сменяется другим настоящим, будущее становится прошлым за короткий миг. Один вдох — ты живешь, выдох — умираешь. Живешь.

Полоска света медленно ползет по серому холодному полу. Здесь все серое и все холодное. Здесь нет ничего, кроме соломы и миски с водой. Маленькое зарешеченное окошко под самым потолком — в нем никогда не отражается ничего, кроме серого неба, даже птицы не пролетают над ним. Серое и холодное, как жизнь, как время...

Она замирает на весь день, наблюдая за полоской света, но никто не знает, что она не видит ее — она размышляет.