Ворожея. Выход в высший свет

— Не знаю, — ее глаза вновь наполнились слезами. — В последние дни он был сам не свой. Либо ходил мрачным и молчаливым, либо исчезал из дома и возвращался только под утро. От него сильно пахло спиртным. Наш дворецкий укладывал его спать.

Легкое движение руки Бертлена, с пальцев которого сорвался серебристый лепесток послания, могло означать только одно — он отдал приказ о допросе слуги.

— Вы знали, что ваш муж убил короля? — спросила, старательно подбирая слова.

— Догадывалась, — она покачала головой, а по щекам побежали слезы.

— С той ночи он изменился. Дидье никогда не повышал голос, и вдруг начал кричать и размахивать руками. Мне иногда казалось, что он едва сдерживается от желания наброситься на меня с кулаками.

— Как Эдуард уговорил вас стать его любовницей? — тихо спросил Броссар.

Клеманс вздрогнула от неожиданности. Кажется, она совершенно забыла о присутствии мужчин в гостиной, изливая свою душу мне.

— Простите, я забыла ваше имя, когда представлялись, — она попыталась взять себя в руки.

— Эмири Броссар, — вместо ворожея недовольно произнес Бертлен.

— Броссар? Так вы его… — закончить метрессе Шеро не дали.

— Это к делу не имеет никакого отношения, — резко оборвал ее на полуфразе наставник. — Сейчас речь не обо мне. Расскажите, как давно вы стали любовницей Эдуарда.

Клеманс замолчала. Она опустила взгляд на свои колени, где лежали сцепленные в замок руки. Мне стало жаль ее. Самой недавно пришлось пережить смерть Кристофа. Потому, как никто другой, понимала состояние метрессы Шеро.

Узнать, что муж убил его из ревности любимого человека, а затем пережить и его смерть. Сколько же всего навалилось на несчастную!

— Мы с королем Эдуардом встретились в тот день на охоте, когда Дидье спас его, — заговорила Клеманс, когда мы уже потеряли всякую надежду. — Он выглядел таким мужественным и красивым. Казалось, его темные глаза проникают в самую глубину твоей души. Этот взгляд навсегда приворожил мое сердце. Засыпая, я до сих пор вижу его как живого.

— Мэтр Шеро был знаком с вами до того дня на охоте? — теперь вопрос задал Бертлен.

Тактично, ненавязчиво.

— Нет, — вновь покачала головой Клеманс.

Броссар налил в другой стакан воды и из пузырька накапал несколько капель успокоительного, а затем протянул мне. Я вручила его несчастной Клеманс и заставила сделать несколько глотков.

— Эдуард красиво ухаживал, — отпив, продолжила говорить она. — Но мы знали, что не сможем быть вместе, хоть он и вдовец. В королевстве не одобрили бы наш брак.