Кольцо Анахиты

С женой спал, сцепив зубы от отвращения и представляя на ее месте ангелоподобных мальчиков. После каждого раза его рвало, а жена потом, словно в насмешку, рожала дочь. Но когда на свет появился Джеффри, он с облегчением забыл дорогу в супружескую спальню. Так что ни одной женщине не удалось бы возбудить в нем не только желания, но и обычной жалости.

Голубая луна освещала бледное лицо с выступившей на лбу испариной. Хриплое дыхание становилось все реже, реже… Наконец женщина затихла, взгляд ее замер где-то за спиной Беннета.

Его внимание привлекла тускло мерцающая пряжка, стягивающая плащ под горлом.

- Да это золото, - присвистнул он, срывая украшение. – Ну-ка, посмотрим, что у тебя еще есть, крошка. Бог мой, да тут целая сокровищница!

Он с удивлением вглядывался в мертвое лицо, обрамленное густыми иссиня-черными волосами. Женщина, несомненно, восточных кровей, совершенно не походила на дочерей Леванта. У нее были тонкие черты лица, длинная изящная шея и неожиданно темно-синие глаза, которые – даже мертвые! – словно мерцали в голубом лунном свете.

Впрочем, ее красота Беннета совершенно не занимала, его интересовало совсем другое.

Под плащом у женщины было узкое длинное платье, расшитое золотыми и серебряными нитями. Широкое, почти в ладонь, ожерелье из золотых пластин охватывало основание шеи, от которого в ложбинку высокой груди спускалась подвеска из синего прозрачного камня. Путаясь в ее волосах, Беннет нашел застежку и, сняв ожерелье, положил в поясную суму вместе с пряжкой и медальоном де Фортени.

Туда же последовали головная тиара, украшенная золотом и драгоценными камнями, крупные серьги и два парных браслета в виде свернувшихся драконов.

Больше при убитой ничего не было. Обтерев мизерикорд полой ее плаща, Беннет хотел уже встать, но вдруг заметил на одном из пальцев правой руки кольцо. Он приподнял кисть, и лунный свет заиграл на огромном сапфире с шестилучевой звездой.

Массивная золотая оправа вилась вокруг камня замысловатой вязью.

Беннет попытался снять кольцо, но оно не поддавалось. Недолго раздумывая, он подошел к трупу де Фортени, вытащил из его ножен кинжал и одним ударом перерубил палец женщины выше кольца, которое легко соскользнуло с обрубка. Беннет поднял его, надел на мизинец, и тут звезда вспыхнула таким ярким светом, что он зажмурился. Сердце словно сдавила ледяная рука.