Кольцо Анахиты

Мне кажется, будто все происходящее – дурной сон, что вот-вот я проснусь – может, в своей комнате в королевском дворце, а может, в замке у бабушки. Главное – не думать. Ни о Мартине, ни о малыше. Только так можно перебираться из одного мучительного дня в другой.

В конце июля Миртл, о существовании которой я вспоминаю, лишь когда вижу в общем зале за едой, вдруг врывается в мою комнату рано утром – босая, в одной рубашке, с перепачканной простыней в руках.

- Маргарет! – кричит она. – Смотри!

- Поздравляю, Миртл, - отвечаю с усмешкой.

Боже мой милостивый, молю я, сделай так, чтобы она забеременела и родила сына, и тогда мне не придется выходить замуж.

Бог слышит мои молитвы, и уже в сентябре Роджер важно сообщает всем, что Миртл ждет ребенка. Но отец не оставляет своего намерения найти мне мужа. Он объявляет, что в конце октября мы все приглашены на королевскую охоту в Лестершир, и, возможно, там он познакомит меня с предполагаемым женихом.

Мне хочется плакать и смеяться одновременно. Лестершир! Там, где мы должны были после свадьбы жить с Джоном… Как долго еще судьба будет потешаться надо мной? Наверно, всю оставшуюся жизнь, сколько бы она ни продлилась.

Конец октября, сыро, грязно, холодно. Все вокруг кажется изношенным, как старый костюм, готовым расползтись в клочья. Мы подъезжаем к месту сбора у деревни Рэтби. Генрих – еще безобразнее и толще, одежды еще шире. И как его только поднимает лошадь? Знакомые придворные дамы, кавалеры – все в роскошных охотничьих нарядах.

Сигнал – мужчины бросаются вперед, дамы неторопливо едут следом.

- Обратите внимание на леди Латимер*, - тихо говорит мне старая знакомая Грейс Тилни. – На что угодно могу спорить, это следующая королева.

- Но она же замужем, - удивляюсь я. – Ее муж мой дальний родственник.

- Лорд Латимер безнадежно болен. Вот увидите, как только он умрет, король сразу женится на ней.

Грейс расспрашивает меня о жизни в Скайхилле, интересуется, не собираюсь ли я вернуться ко двору, рассказывает последние новости и сплетни. За разговором мы не замечаем, что отстали от остальных и давно уже не слышим ни рожков, ни собачьего лая.

Внезапно откуда-то вылетает птица, лошадь Грейс пугается и несется через чащу, не разбирая дороги.