Кольцо Анахиты

Теперь брат ненавидит меня еще сильнее, а отец снова занялся поиском жениха. Я испытываю странное ощущение – как будто затянуло в водоворот, откуда уже не выбраться.

Екатерина с каждым бесплодным месяцем становится все раздражительнее и капризнее. Генрих по-прежнему влюблен в нее и не замечает, как жадно смотрит эта маленькая потаскушка на всех более-менее интересных мужчин, особенно на Томаса Калпепера.

У Джейн Болейн горят глаза, но со мной она больше своими тайнами не делится. Зато постоянно шепчется с Норфолком и с Екатериной.

Не надо иметь слишком много ума, чтобы понять, на что они рассчитывают: скоро Калпепер окажется в постели королевы, и через какое-то время счастливый Генрих получит долгожданного герцога Йоркского. А больше всех будет довольно семейство Говардов, заимев пусть не главный, но все равно очень важный козырь в своей игре.

Первый день марта. Генрих снова страдает от вскрывшейся язвы и не выходит из своих покоев. Екатерина утром встает с постели с выражением кошки, которая украла и съела большой кусок мяса.

В галерее я встречаю Калпепера, и по его лицу, такому же воровато-сытому, понимаю: этой ночью все произошло.

У меня нет сомнений: безрассудная королева окончит свои дни так же, как и ее кузина, - на плахе. Когда? Едва король узнает – а он непременно узнает. Уж слишком много у Говардов врагов.

Королева зовет фрейлин составить ей компанию: Гольбейн пришел писать ее портрет. Хотя Генрих и грозился повесить придворного художника после истории с портретом Анны Клевской, но все же простил, узнав, что в произошедшем не было его вины.

Гольбейн хмурится: Екатерина никак не может сидеть смирно. После бурно проведенной ночи она переполнена чувствами. Похоже, ее так и распирает желание рассказать о случившемся всему свету, но она сдерживается из последних сил, понимая, что погубит себя. Джейн вышивает в углу, потупив глаза, в которых прячется хитрая лиса.

Странно, но возбуждение Екатерины передается мне. В комнате словно не хватает воздуха. Я безотчетно кручу на пальце кольцо, и мне кажется, что звезда мерцает, становясь то ярче, то бледнее.

Кружится голова, в ушах звенит.

Я встаю, иду к двери и в коридоре сталкиваюсь с мужчиной в немецком платье. Взглянув на его лицо, я шепчу: «Джон…» - и сползаю по стене, теряя сознание.

А когда открываю глаза, вижу его рядом. Стоя на коленях, он поддерживает мою голову. Не призрак, нет. Живой мужчина, очень похожий на Джона, только лет на пять старше. Таким Джон, наверно, был бы сейчас.