Между тьмой и огнем

– Да, Сигвальд поступил благородно, отказавшись от тебя после того, как я объяснил причину, по которой ты останешься такой навсегда.

Мирослава обхватила себя руками за плечи и спросила у демона:

– Я изменюсь внутренне?

– В каком смысле? – нахмурился Радомир.

– Ну, там...

Девушка замялась, пряча глаза и полушепотом выдавила:

– Доброты побольше, совести побогаче...

На этот раз хохот Мастера заставил его занять место на пеньке, которое освободила Мирослава. Ангел стояла с выражением скепсиса на лице, сложив руки на груди и ждала, когда ректор придет в себя, но Раду веселился на полную.

– Увы, с чем была, с тем и останешься. Только на салаты обратно перейдешь и инкубам глазки больше не построишь, да и магистрантам-разведчикам тоже не построишь, и меня в спальне караулить не сможешь, и драконов совращать тоже не...

– Достаточно! – зло оборвала Мира.

– Да я уж и заканчивал, моя пернатая бестия, – снова срываясь на хохот, сказал Радомир.

Мира взлетела и отправилась спать, оставив падшего одного на поляне. Но слова ректора живо напомнили ей о том, каково в раю таким, как она. Раду бесшумно догнал ее, обхватил за талию и уволок на край оврага, с которого ангел когда-то падала.

– Наш уговор в силе? – взволновано спросил Мастер, разворачивая девушку лицом к себе.

– Какой еще? – возмущенно буркнула Мирослава, не глядя на него.

– Ты спасешь маму?

– Только ради Рязанки я это сделаю. Ты ни на грамм не заслуживаешь ни сочувствия, ни любви.

Радомир прижал ее к себе и нежно поцеловал в губы. Мира попыталась отстраниться, но без особого энтузиазма. Раду провел рукой по хребту девушки, остановив руку между лопаток, и по телу ангела пробежал огонь, накаливший обруч. Она вскрикнула, и в следующий миг шейное украшение полетело в пропасть. Мирослава, исподлобья глядя на демона, спросила:

– Это ты по Аше заскучал?

– Она так умело воспроизводила твою мимику, голос, даже капризы.

Падший улыбнулся, склоняясь к лицу ангела, но она отвернулась и прошептала:

– Надо было наиграться до отъезда, не восполняй мной пробелы.

– Я видел в ней только твое отражение, – растерянно сказал Раду, поднимая к себе лицо девушки, – я же не мог... – он тяжело вздохнул. – Нам осталось несколько дней, Мирослава, и я надеялся, что мы проведем их...

Радомир напрягся, подбирая подходящее слово.

– ...вместе? – обрывисто закончил демон свою мысль, глядя на Миру.