Песнь банши

Он стоял в десяти шагах от меня, довольный и даже не запыхавшись.

– Никогда, – прорычала я сквозь зубы и с трудом, но встала на ноги.

Меня шатало в разные стороны и коленки дрожали от бессилия и боли. Пот застилал глаза, и рубашка неприятно прилипла к телу из–за влаги на спине.

Студенты вокруг нас уже не тренировались, они следили за нашей схваткой. Но если все просто смотрели, то мои друзья были просто в шоке и оцепенении от действий профессора. Они не знали, что делать. И я бы на их месте тоже замерла, если бы вообще не сбежала жаловаться ректору.

Ноги дрожали от усталости, и я поняла, что защищаться уже не могла. Слишком мало сил осталось у простой первокурсницы.

Я слишком поздно заметила сгусток темной магии, что летел в меня. Не успела увернуться или пригнуться, лишь сгруппировалась, чтобы хоть как–то смягчить удар. Я почувствовала сильный удар в грудь и недолгий полет. Сквозь толщу тумана до меня донесся испуганный крик Фрейны и последнее, что я увидела, прежде чем провалилась в обморок — удивленный взгляд сливовых глаз.

Глава 6

Кабинет ректора Академии Алодерт. Спустя три часа после произошедшего.

(разговор между Велласом тех Шихатом и Лаэртом тех Фосом)

– Как это понимать?! Лаэрт! Ты напал на мою студентку! Ты хоть и мой родственник, но это не значит, что я тебя не уволю! – ректор Академии был вне себя от злости и озадаченности.

Мужчина совершенно не понимал, что такое творилось в последние почти тридцать лет с его кузеном по материнской линии.

Лаэрт всегда был исполнительным и отличным воином, которым гордился их общий дядя Ширхар, привык всегда выполнять приказы главы рода и королевской семьи. Однако, около тридцати лет назад что–то с парнем пошло не так. Он покинул семью, отказался от перспективы стать личным телохранителем правящей семьи и переехал в Ках.

Никто не стал отговаривать Лаэрта, семья решила, что дракон уже взрослый и сам вправе принимать решения по поводу своей жизни. Но вскоре все узнали, что парень стал личным телохранителем Старшей Каха, выполнял все ее приказы и даже не сопротивлялся.

Отгородившись от посторонних мыслей, Веллас решил сосредоточиться на разговоре с кузеном.

Веллас не мог понять, как Лаэрт, парень, который и мухи бы без причины не обидел смог напасть на студентку–первокурсницу?

– Тише, не ори. Самому тошно. Я увлекся, – чопорно и без эмоций произнес Лаэрт, уперев локти в подлокотники антикварного кресла и расслабленно облокотившись о спинку.