Песнь банши

– Хорошо, Гайя, иди в свою комнату и продолжай учить клятву. Через час Лаэрт зайдет и проверит твои успехи. Всего доброго, – кивнула мне Мийя и вновь принялась за еду, с интересом смотря на Олу. Я увидела в глазах сестры желание серьезно обсудить проблему своей советницы и ее непозволительное поведение.

Я выполнила свою задачу на сегодня и теперь могла быть свободна.

Вернувшись в свою комнату, где меня вскоре должен был проверить Лаэрт, я просмотрела собранные вещи снова и, удовлетворенно вздохнув, села «учить» клятву.

Без особого интереса я просматривала фолиант, который за эти дни действительно успела выучить наизусть.

Час пролетел незаметно и слишком быстро. И вот я услышала легкий стук в свою дверь.

– Входи, надзиратель, – негромко разрешила я Лаэрту и он тихо, словно змейка проскользнул в мою спальню. Его длинные волосы сейчас были заплетены в косу и перевязаны черным шнурком.

Так как я покидала свой дом на довольно продолжительный период времени, то сегодня была занята еще и тем, что наблюдала за теми, кто все эти двадцать пять лет был рядом со мной.

Весь обед я следила за своей сестрой, пытаясь запомнить все ее движения и едва ощутимое проявление эмоций до мельчайших подробностей. Я впитывала в себя ее еле различимый цветочный запах, следила за манерами и привычками. Пусть я знала сестру с рождения и всегда была рядом с ней, но как только она стала Старшей, мы практически перестали нормально общаться. У нее не хватало времени на меня, а я стала слишком раздражительной и стервозной с окружающими, чтобы хоть иногда Мийя обращала на меня внимание.

В итоге мой эксперимент и бунтарство стали моей привычкой.

Теперь же я смотрела на Лаэрта, отмечая, что внешне он довольно привлекательный мужчина. Загорелая кожа, сильное, мускулистое тело и лепные черты лица позволяли ему без особого труда привлекать женское внимание. Его обычный наряд телохранителя, который состоял из полинялой белой рубашки, черного, обтягивающего жилета, отглаженных черных брюк и высоких, тяжелых ботинок не раз будоражил фантазию приближенных банши.

Правильные, чуть дикие черты лица выделяли мужчину среди остальной охраны Каха, ведь он был чистокровным, настоящим драконом. Мелкие, фиолетовые чешуйки тянулись от висков по обе стороны лица и заканчивались на скулах. Раньше я бы все отдала, чтобы коснуться этой блестящей красоты, но не теперь.

Холодность и некоторая отстраненность дракона, когда он был рядом со своей Госпожой, делали его загадочным и привлекательным.