Река времен

Разве тогда юная Юленька, по уши влюбленная в деяния великого полководца, могла себе хоть на секунду представить, что он вот так вот понесет ее по лесу? Но все изменилось. И теперь мне нужно держаться от этого человека как можно дальше. Отец не одобрит его сватовства и по-своему будет прав. Союз с Хоннитом даст намного больше.

Расстались мы в тени купальни. Асмаррах аккуратно поставил меня на землю, убедился, что не упаду, и словно дух леса исчез в ночи.

Вернувшись в покои, я долго думала, куда бы пристроить подаренный цветок, чтобы ни у кого не возникло вопросов.

***

Утро началось с переполоха. На моем левом плече наливался синевой здоровенный синяк, и первой его заметила Иба, как всегда пришедшая будить царевну. Надо ли говорить, что от крика, я мигом вскочила с постели.

Мне стоило огромных усилий, чтобы новость не вышла за пределы покоев. Правдивую историю получения нового синяка я, разумеется, никому открывать не собиралась, придумав вполне приемлемую ложь про танцы в темноте и падение на камни. Вот только старую жрицу моя история не впечатлила. Осмотрев повреждение, она поджала сухие губы и глянула на меня так, что я поняла – она знает причину. Слава Иинат, от комментариев старуха воздержалась. Конечно, проворчала себе под нос что-то про молодых и глупых, намазывая руку жгучей мазью и обматывая тряпицей, и только.

В самый разгар занятий, когда я, зевая, пыталась постичь премудрости внешней торговли, принесли вести из большого дворца. Буквально за час до заката в Ассубу вступит большой караван Хоннитского царства. Всем женам и дочерям владыки Кареша надлежало участвовать в церемонии приема высоких гостей. Лично мне царственный родитель повелевал нарядиться празднично и достойно, подобно тому, как я выглядела на своем первом приеме.

И как прикажете скрывать синюшный отпечаток нежных объятий похотливого самирского гостя? А может, не скрывать? Но тогда отец точно укоротит его на голову, а я нарушу ход истории. Идея маскировки посетила меня внезапно. Отослав мудрого наставника, я принялась прорабатывать эту маленькую женскую хитрость.

Под жалобные причитания сердобольной Шанхаат о том, что они за мной не уследили, я приняла «душ».