Река времен

И только под каменной россыпью алтаря, гранит для которого еще ее дед привез из дальних земель, удалось найти расколотую голову Иинат. Ее глазницы потеряли драгоценные глаза и теперь слепо и безжизненно взирали на суету этого мира. Великая Мать навсегда отвернулась от своих земель, оставила свой народ! Как же сможет услышать она мольбы сквозь века…

Раньше царевна даже не задумывалась о времени. Предки жили давно, но когда? Старые вещи всегда казались основательней и ценнее новых. Теперь же от родного дома ее отделяло более четырех тысяч лет, и эта старина превратилась в труху… Четыре тысячи лет! Или даже тысяча, еще полтора месяца назад она могла представить себе это число только в виде россыпи несметных богатств! Теперь же с легкостью считала в уме! Вернее, считала та, что звалась Юлией.

Она даже на хоннитском читала лучше царевны, и это при том, что эти земли пустуют тысячи лет!

Взирая на раскопки дворца, хотелось плакать, но члены экспедиции ликовали, постоянно таскали ей то осколки каких-то счетов, отрытых, наверное, в мусорном рве, то обломки кухонной посуды.

Когда же раскопки захоронения за храмовой стеной принесли свои «плоды», царевна испытала настоящий шок.

Рано утром, еще ДО завтрака к ней вломились Пьетро с Агнессой, старшей того раскопа, и всучили кусок сильно потрескавшейся обожженной таблички. Разлепив глаза, она вяло всмотрелась – список чьих-то деяний. Пообещав, что через час прочитает, начальница направилась на кухню.

Царевне, не привыкшей пахать как вол, такой темп жизни был в тягость, но необходимость этого она осознавала.

Не успела она налить себе жиденького чая (только в таком виде он казался девушке менее мерзким, чем КОФЕ), как вновь потребовалось присутствие начальства. На этот раз эти страшные люди прихватили с собой Марата. При таком раскладе отсидеться не было и шанса. Уважаемую Юлию Владимировну под белы рученьки увели на площадку.

А там они показали ей скелет! Словно высеченный из слежавшегося песка остов был раздавлен временем, кости черепа проломились, но вокруг них был хорошо заметен некогда массивный и высокий головной убор из золотых колец и рассыпавшиеся сердоликовые подвески.

Наверное, не стоит и говорить, что она его сразу узнала… Узнала тяжелые наручные браслеты, бляшки, обвалившиеся с истлевших кожаных пластин, искореженное навершие клинка… Все это она видела много раз, тогда…. в прошлой жизни.