Кровные чары

— Итак, благодаря вашим ночным злоключениям и несчастным стражникам, мы примерно знаем, как выглядит животное, которое терроризирует местные земли.

— Вы так считаете? — встрепенулась девушка. «Сейчас как раз можно расспросить его обо всем!» — стрельнуло в мыслях, и она не преминула воспользоваться ситуацией.

— А как иначе? Зверь крупный, необычный, и совершенно не оставил за собой ни одного следа.

— Как это? Совсем ни одного? — удивилась Стефани.

— Ну, — мужчина покачал головой и отложил перо. Он откинулся на спинку и сложил руки на груди.

— Проблема в том, что все эти нападения почти не описывались. В протоколах мало сведений. И это я говорю о людских жертвах. Про животных только заметки в охотничьих журналах и больше ничего.

— Но вы думаете, что все эти нападения связаны? Как вы узнали, что все они связаны?

— У всех нападений есть одна… особенность. Почерк, если хотите, это можно назвать и так, — он сделал глубокий вдох. — У всех людей откушены лица. У некоторых нет головы, и её так и не нашли. Опознание проводили по личным вещам и особым приметам на теле.

Точнее, что оставалось от жертвы.

— Подождите… — от изумления Стефани раскрыла рот. — То есть вы хотите сказать, что… что все это время в лесу бродит дикий волк или стая волков, которые нападают на людей и животных. И с жертвами происходит тоже, что и с Вентом?

— Судя по описаниям, да.

Не в силах усидеть на месте, девушка вновь подскочила с кровати.

— И месье Пероль молчал об этом! — она всплеснула руками. — А мой отец ничего об этом не знает…

— Так господину графу совсем ничего не сообщали? Я думал, ему не говорили подробностей, но, чтобы совсем ничего…

— Конечно нет.

Если бы папа́ знал, то либо принял бы меры, либо запретил нам с Лорентом… гулять, — последнее слово сорвалось с губ, как упавший из рук кувшин с молоком. — Если бы мы знали…

— Кем приходится месье Пероль вашей семье? — Эдриан наконец решил утолить любопытство, а заодно понять какие же отношение внутри самой богатой и влиятельной семьи провинции. Не то чтобы он подозревал стоящую перед ним девушку во лжи, скорее не мог поверить, что губернатор провинции не был замешан в каких-нибудь темных делах.

— Он отец Изабель. Она замужем за моим старшим братом Филиппом, — ответила Стефани. — Изабель моя подруга.

Других вопросов относительно семьи интендант задавать не стал, чему девушка безмерно радовалась. Ей совсем не хотелось посвящать в тайны семьи малознакомого человека, который, к тому же, мог запросто отсыпать колкостей.