Ректор и 13-я студентка Глазовской Академии магии. Книга первая

Посмотри на себя, ты скинула «личину безличия», ты родилась заново благодаря огню. Ты и есть Феникс. «Отдаст себя Хранителю» - это значит, что ты будешь учиться Академии Хранителя, и твоя первая встреча тоже была не случайной. «Вода схлестнётся с огнем» - это о том, что ты тонула, но выжила, была без сознания («сначала огонь погибнет»). Но благодаря огненному заклинанию ты исцелилась. «Хранитель укажет путь ребенку огня» - это значит, что спас он тебя и указал на жизнь.

Вроде бы все подходило, но Мире верилось во все это с трудом.

- О предсказании студенты уже знают? – не хотелось Мирославе, то есть теперь Фениксу, всей этой славы.

 - Думаю, что да, - ответил Лакомб. – Все видели твое исцеление огнем. Да и Олианна подтвердила.

Мире все равно не верилось. Или это она славу свою принимать не хочет? Да, какая там слава! Поговорят пару дней и забудут.

- Миранда, теперь ты Феникс. Это имя уже закрепилось за тобой в Академии. Именно по нему ты можешь быть известна среди других магов, - пояснила мисс Шарлотта.

Это лучше, чем всякие там Мируси, Ивочки, Мироси Мироськи и прочая мишура, которую озвучил Рихтер во время их беседы во второй день.

На столе Лакомба зазвонил телефон, тот ответил.

 - Да, наш Мирабель недавно проснулась, одевается, - нарочито громко сказал профессор. – Да, да, можете забрать ее через минуту, - артефактор положил трубку. – Итак, Мирабель, специальная комиссия ждет Феникса.

Мира повыше застегнула курточку, чтобы скрыть следы от кулона, листок с предсказанием сунула в карман штанов.

 Пришел Рихтер, Мира вышла вместе с ним. В коридоре он остановил девушку, развернул к себе, положил руки ей на плечи.

- Я сделаю все возможное, чтобы вас не забрали в Министерство для допросов и разбирательств, - сказал Рихтер, но девушка подумала, что Хранитель и так уже все сделал.

В молчании они дошли до кабинета Главы Академии.

– Говорить буду я, - сказал ректор и открыл дверь своего кабинета.

15. Скрывающая глава: Допрос с пристрастием

- О, Андрей Вильгельмович, ваша студентка действительно жива и здорова, - застрекотал Сергей Иванович Новокшенов, сидящий в кресле у чайного столика, и попытался быстро встать. Не получилось, потому что с кресла он сползал.

А вот Лариса Сергеевна поднялась быстро, уже успела подойти к девушке и изучала ее.

- Какое дивное преображение из серой плесени в прекрасный цветок, - сказала наблюдатель.