Я - Тайига

Мысль понятна?

– Не очень, – процедил канцлер.

– Тогда совсем упрощу. Присягнув мне, ты станешь как бы частью меня. А значит, Мракус, когда ты женишься, не сможет шикнуть не только на тебя, но и на меня, как твоего господина. Кстати, в качестве маленького бонуса – обещаю забыть, что ты пытался убить меня. Причем дважды. Ну, так как тебе мое предложение? 

Я была против. Если бы я могла передать Анри, что душа Лиры жива, что она во мне, что я категорически против этого переселения… Но как? Ничего путного не приходило в мою перепуганную голову.

Оставалось только зашипеть. 

Когда Нэлиус неохотно кивнул, Анри подошел к гробу. Не обратив на мои предостережения никакого внимания, он потянулся к рукояти меча. И тогда я метнулась к его руке, впилась всеми своими зубами и когтями и отчаянно замолотила задними лапами. 

– Ну, пакостница, достала! – взвился Анри. 

Затем последовал щелчок. Между ушей все похолодело, и онемение быстро охватило все мое тело. Я лишь яростно вращала глазами, когда меня аккуратно отодрали от кровоточащей конечности и переложили к изголовью.

– Ты сама вынудила меня, – строго заметил предатель и сочувственно добавил. – И не переживай ты так, заклятье временное. 

Собственно, по причине обездвиживания я сам ритуал присяги на верность не видела. Но догадаться о происходящем было несложно. Стук об пол явно означал брякнувшегося на колени Нэлиуса. И судя по его ругани сквозь зубы, не по своей воле.

– Парни, вы тоже присоединяйтесь, – весело предложил Анри.

– У меня нет времени работать с каждым индивидуально. Заодно подскажите нашему жениху слова. А ты, Нэлиус, не вздумай переврать ни слова, ни интонации. Если не хочешь отправить свою душу на задворки мироздания.

А потом помещение заполнила незнакомая речь. От каждого рубленного слова факелы отчаянно трещали и мигали, тени на стенах отплясывали невообразимо дикий танец, а в зале запахло серой так, что глаза защипало. Нэлиус сначала глухо и через силу повторял за Рыжим и Хлыщом слова присяги, но потом его голос обрел уверенность.

Канцлер все реже ждал подсказок, неведомо как зная, что следует произнести дальше. Закончили они заклинание в один голос, громко выкрикнув напоследок: «Йа тайига, йа тайига, йа тайига!»

В зале заметно потеплело, из-под пола послышался низкий гул, и он завибрировал. Миона завизжала, когда на нее с потолка посыпались мелкие камушки. Знак на мертвом плече полыхнул так, что шерсть на моей хребтине заискрила.