Прелестная леди на вашем пороге

Мы будто срослись, стали единым целым. Каждый бесстыдный поцелуй связывал нас невидимыми нитями. И мне хотелось, чтобы эта связь только крепла, чтобы не пропала и с рассветом, и на протяжении всей жизни.

– Я люблю вас, Алекс. Люблю с тех самых пор, как впервые увидела, – прошептала я, находясь будто в бреду.

Покрывая в этот момент короткими поцелуями мою шею, герцог неожиданно замер после моих слов. Его руки крепче сжали мою талию поверх корсета, стиснули до боли, но я не позволила себе даже ойкнуть.

Потому что боялась, что сказала лишнего.

Что сейчас все волшебство рассеется и не останется ничего. Даже аромата горьких трав. Он окутывал мои озябшие плечи с тех пор, как на них был накинут белоснежный китель.

Казалось, я вся пропиталась этим запахом.

– Повтори, Оливия, – попросил Алекс.

В его голосе будто натужно зазвенела скрипка. Тогда я вообще не задумывалась над тем, насколько герцог пьян.

Осознав, что я молчу, он неожиданно с нажимом приказал и без того испуганной мне:

– Немедленно повтори, что ты сейчас сказала.

– Я сказала, что я вас люблю, – произнесла я в ужасе.

– Еще раз. Пожалуйста. Скажи это еще раз, – улыбнулся он, но не мягко, как-то по-другому на этот раз.

– Я… – засомневавшись в том, что делаю, я попыталась найти для себя пути для побега.

Но Алекстандер быстро разгадал мои метания. Взяв меня за руки, он вдруг поочередно поцеловал тыльную сторону каждой ладони.

– Оливия, я прошу. В последний раз, – попросил герцог мягко, большими пальцами поглаживая мои руки.

Его голос снова обволакивал: – Ты сделаешь меня самым счастливым человеком на свете.

– Я люблю вас, – повторила я, набравшись смелости.

– Спасибо, – ответил он, погружая меня в еще большее непонимание. Но уже через миг мое ошеломление достигло предела, потому что герцог неожиданно поведал: – Я тоже влюбился в тебя. Влюбился, едва увидел впервые. Но не тогда, когда твоя сестра нас представила. Это случилось на день раньше, когда ты в числе иных первокурсников ступила на территорию академии.

Стоило мне увидеть тебя, и для меня померк весь мир. Оливия, утром я стану просить твоей руки у вашей матери. Ты ответишь мне согласием?

Та ночь являлась первой, когда я пробыла на празднике до самого утра, а герцог оказался первым мужчиной, которому я позволила себя так бесстыдно целовать, охваченная страстью и другими ранее незнакомыми мне чувствами.

Для меня все происходило впервые в тот знаменательный день. Каждое касание, каждый взгляд, игра, флирт.