Случайный Фактор

Ещё и смеется надо мной! У-у-у, как же он бесит!

Влив в мышцы неизвестно откуда появившиеся силы, откинула руку Дэмиана, удерживающую меня на столе, села и не совсем осознавая, что творю, начала судорожно стягивать с себя куртку. А затем и расстёгивать рубашку. Пуговицы не поддавались, и в итоге я начала рвать на себе одежду. Не ожидавший такой прыти Дэмиан, на секунду остолбенел, но быстро собравшись, схватил мои запястья, не давая разорвать мешающую ткань до конца.

- Полегче, страстная моя, – весело поддел капитан, крепко держа мои руки в тисках.

- Отпус-с-сти, в меня с-сто-то впиваетс-с-ся… надо пос-с-смотреть, - прошипела я, змеиный язык немного затруднял речь, что в данной ситуации только усугубляло моё неадекватное состояние.

Тихо выругавшись, Дэмиан сам дорвал злосчастную рубашку, открывая вид на то, что вызвало такой жуткий дискомфорт. Спину и бока покрывали чёрные плотные чешуйки, несколько из них неудачно наросли и теперь врезались в кожу. В нескольких местах уже образовались небольшие ранки и от них стекали тоненькие струйки крови.

- Так, Кристина, тебя нужно контролировать трансформации, - в голосе капитана не было и намёка на весёлость. - Для этого постарайся немного успокоиться. Не нервничай, иначе можешь серьёзно себя поранить.

Успокоиться было не просто, меня колотило со страшной силой, а перед глазами расплывались темные пятна. Когда сознание уже начало уплывать, отдавая полный контроль над телом обострившимся эмоциям, почувствовала аккуратное прикосновение горячих губ к моим.

Такое лёгкое, нежное, заботливое, что я вновь замерла, в этот раз забывая не только о злости, но и обо всём на свете. Аккуратно обхватив моё лицо руками, Дэмиан углубил поцелуй. И я ответила. Капитана не смущал змеиный язык, наоборот, кажется, он даже был от него в восторге. Он довольно урчал, словно поймавший добычу фелин, а я тонула, наслаждаясь каждым мгновением, каждым маленьким вдохом, каждым прикосновением, каждым....

Возле окна упало что-то тяжелое. Дэмиан невозмутимо продолжал прижимать меня к себе, медленно и неохотно поворачивая голову к прервавшему нас оборотню.

- Двенадцать с половиной минут. Плохо, кадет Вудсток, очень плохо.

Алекс стоял как аспидом укушенный. Застыл столбом, а на лице маска неподдельного ужаса. Пожалуй, это стало последней каплей. С губ сорвался смешок, за ним ещё один и вскоре я уже громко смеялась, надрывая живот и задыхаясь. Истеричный смех переодично прерывался злобным рычанием.