Отражения

Шамас кивнул и снова криво ухмыльнулся:

— Уже почти два десятка лет мой друг отказывается считать себя вдовцом, — сказал он. — Он не помнит имени, у него нет ни одного портрета, только осколки воспоминаний, неверные, как отражение в озере, по которому расходятся круги. Сначала он пытался вернуть ее, потом понял, что не сможет, — Шамас снова тяжело вздохнул. — А потом в жизни его семьи случилась другая история, и стало не до того, чтобы жалеть о прошлых потерях. Но эту историю, думаю, вам расскажут без меня. Она менее, хм, личная.

Шамас смотрел прямо на меня, скрестив руки на груди, и сейчас почему-то казался мне уже не таким усталым, как минуту назад. Он рассказал историю — и надел маску приветливости, с которой, наверное, каждый день встречал за прилавком случайных посетителей магазина.

— Что в итоге случилось с… Гейл?

— Это и есть другая история, леди Лидделл, — широко улыбнулся Шамас. — Скажем так, она жива, и о ней, в отличие от матери, помнят. Как вы успели заметить.

— Пожалуй, да, — кивнула я и попыталась согнать Ахо с колен, потому что мне очень нужно было встать и походить по комнате. Или хотя бы просто оказаться подальше от окна, потому что легкая свежесть вдруг превратилась в жуткий сквозняк.

Ахо обиженно мявкнул и убежал, громко топая, куда-то в тень.

— Вредина, — сказала я.

— Зря вы так, Мари, — Шамас покачал головой. В этот раз он не стал заморачиваться с джезвой и просто поставил на решетку кофейник. — Пикси вертлявые и капризные, и этот явно терпит неудобства ради вас и старается не проявлять характер.

— Ему просто сделали внушение, — буркнула я.

— Вряд ли дело только в приказе Юлиана. Здесь что-то личное. Я бы не стал говорить о симпатии, потому что в случае с фэйри симпатия — слишком человеческое понятие, но вы ему интересны. Либо он пытается преследовать какие-то свои цели, поэтому внимательнее, леди Лидделл, — кажется, Шамас мне подмигнул. — Я прошу прощения, если больше расстроил вас, чем помог.

Я рассеянно качнула головой:

— Я сама пришла с вопросами, господин Раферти.

— И что будете делать теперь, когда знаете ответы?

Я задумалась, ненадолго, и пожала плечами:

— Постараюсь не заключать сделок, о которых потом пожалею.

Шамас молча сполоснул чашки водой из кувшина. Я заметила, что здесь, на его крошечной кухне, не было крана с водой — только раковина, рядом с которой стоял этот кувшин, а на полу — прикрытое деревянной крышкой ведро, похожее на бочонок.