Отражения

Не выпуская чужой руки из своей, Амелия сняла повязку, ни капли не задумываясь о том, что испортит себе прическу.

Высокий черноволосый незнакомец смотрел на нее, чуть щуря светлые — нет, желто-оранжевые, как у хищной птицы, — глаза. Он был удивлен, но, кажется, не собирался злиться или отчитывать Амелию и отталкивать ее тоже не спешил.

Вокруг стояла неестественная, пугающая тишина.

— Кажется, игра закончена, ваше высочество, — сказала леди Алексиана из-за спины Амелии. — Не обижайтесь, мастер дель Эйве.

— Ну что вы, — ответил мастер дель Эйве, не сводя с Амелии взгляда своих жутких глаз. Голос у него был прохладным и чуть насмешливым, но не злым. — Я не вижу ничего, за что следовало бы обижаться, леди Мэйв. Отпустите мою руку, ваше высочество. Боюсь, еще немного — и ваш венценосный дядюшка начнет думать обо мне ужасные вещи.

Его глаза смеялись, но лицо оставалось совершенно серьезным.

Амелия отпустила чужую руку — очень красивую, с тонкими пальцами, на которых блестели кольца, — и шагнула назад, обводя взглядом людей, которых раньше здесь не было.

У одного из них были волосы цвета бледного золота, такие же, как у самой Амелии, и знакомые темно-карие глаза.

Он улыбался — так же, как в детстве, когда Амелия была еще совсем маленькой девочкой в платье с узором из оленьих рогов.

Отец Ивейна оказался не так суров, как представлялось Амелии. Он снисходительно улыбался принцессе и ее фрейлинам и не злился.

— Столь деликатный момент как воссоединение потерявших друг друга родственников, пожалуй, должен быть лишен сухих формальностей, — сказал лорд Вортигерн.

Его лицо оставалось непроницаемым — и не скажешь, что прячется за любезной улыбкой и ласковым взглядом.

Амелии показалось, что напряжение, разлитое в воздухе все это время, исчезло. Птичья трель прозвучала оглушительно, Джейна, которая стояла, глядя строго вниз, вздрогнула, а тот, золотоволосый, дядюшка Амелии, посмотрел на Джейну и сощурился, словно встретил знакомца.

— Без сомнения, лорд Вортигерн, — сказал он. — Леди Мэйв нет нужды переживать. Я не склонен злиться на то, что кто-то увлекся невинной игрой и нарушил пару незначительных правил.

— Конечно, ваше высочество, — голос леди Алексианы звучал так, словно пару минут не был полон праведного гнева.