Мотылек и Ветер

— Фамилию свою оставите или мужа возьмете?

— Мужа.

Юрген не отпускал руки. Может мы и правда, забавно смотрелись со стороны и казались детьми этому человеку, - потому что он бросил взгляд именно на наши сцепленные ладони и заулыбался. Растянул губы и поджал их, словно вот-вот пошутит, но сдержался. Попытался вернуть серьезное выражение лица и спросил:

— Оба согласны?

— Да, — почти хором.

— Что ж, тогда подождите немного. Я сейчас вернусь.

Нажал две кнопки на клавиатуре и вышел.

— Спасибо вам, Роберт.

— Я рад за вас обоих, Юрген.

Редко приходится решать такие задачки, все больше из проблем вытаскивать. И стать свидетелем чужого счастья приятно. Не стоит благодарности.

При слове «свидетелем», вскинулась:

— Юрка, а твои родители?

— Они поймут.

Маленький диванчик, два кресла, - но никто не садился. Роберт Тамм задумчиво стоял в пол-оборота к нам, сложив на груди руки и смотря в коридор. Мне безумно хотелось счастья этому человеку. И Катарине тоже. Всем на свете, а этим – особенно.

Юрген сжал и разжал пальцы, потревожив ладонь, и я снова на него посмотрела:

— Что?

— Ничего не подготовил, даже кольца, вообще не подумал, что может быть настолько скоро…

Я не ответила.

Улыбнулась и толкнула его плечом в плечо, как если бы мы сидели за стойкой нашей кухни. Глупости. Разве это важно?

— Поздравляю. — Хозяин кабинета, не представленный ни по имени, ни по должности, сразу протянул нам бумажный бланк свидетельства, едва вернулся. — Юрий и Ирис Шелест, вы теперь муж и жена. Фанфар нет, торжественных речей тоже, - надеюсь, эти формальности не помешают вам жить счастливо.

Все электронные базы данных поменяются в связи со сменой статуса через час.

— Спасибо.

— Не за что.

На прощание он в этот раз пожал руку и мне. Шли обратно, как и сюда, за Робертом.

— Куда вас довезти?

— Домой.

— Домой, — согласно с Юргеном кивнула и я.

Как доехали, выгрузились, дошли до подъездной двери, так Роберт окликнул меня от машины:

— Ирис, вернитесь на пару слов.

Я спустилась, а Юрген остался ждать, придерживая уже открытую дверь.

— Одна просьба. Вы поймали меня на фразу, которая сработала как триггер. Оставьте эту историю при себе, не делитесь с Юргеном и, тем более, с Катариной.

— Конечно. Даю вам слово.

— Выполните еще одну просьбу: присмотритесь к Герману, пообщайтесь с ним. Он хороший парень со сломанной судьбой, но помощи от меня, извне, не принимает. А друзья ему явно нужны, и, может быть, у вас получится до него достучаться.

— Конечно.