Плюс-минус магия

Земля копалась плохо – успела уже достаточно промёрзнуть, ещё и вездесущие листья будто специально засыпали собой всё выкопанное Виктором пространство, но мальчик упорно копал, стараясь, наверное, отвлечься от мысли, зачем он взял лопату в руки. Холодное древко инструмента кололо руки, но Виктор продолжал сражаться с землёй. Раз небо Джека никогда не примет, то пускай он останется в земле со своими сородичами. Парню плохо верилось, что после смерти разум просто исчезает, хотелось верить в какую-то цикличность… опять на философию потянуло.

Виктор уже упоминал, что ненавидит осень?

– Вить, ты его так в ад прямо доставишь, – неловкая шутка Марго отвлекла Виктора от мыслей. Чтобы посмотреть на девочку, ему пришлось запрокинуть голову. Их разделяли полтора метра. Проклятье! Задумался, называется!

– Не надо Джеку туда, – чтобы вылезти из могилы, пришлось подпрыгнуть и молиться, чтоб край могилы не обвалился. – Всех демонов из ада выгонит, а те же сюда придут, – получилось даже улыбнуться. Марго тоже прыснула в кулачок.

– Скажешь что-нибудь? – девочка наблюдала, как Виктор опускает на дно ямы обувную коробку с остывающим комком шерсти.

– Надо, – кивнул Витя, вновь беря в руки лопату. Выкопал – теперь закапывай. Даже здесь присутствовала некая цикличность.

Земля быстро заполнила яму, образовав холмик, в изголовье которого была поставлена колодка, спёртая Виктором где-то. На колодке ножом было вырезано «Здесь лежит разбойник и бандит капитан Джек в ожидании следующего плавания», под именем кота были капли свежей крови – Виктор не умел орудовать ножом по дереву и чуть не положил в могилу кусок мизинца, благо перекись и ватка в клинике были, а Марго каталась на своей коляске аки сумасшедший таксист в час пик.

Могила была наконец готова, и все присутствующие замерли в ожидании чего-то. Марго ждала речи, Адель – душераздирающих криков Джека, требующего свободы, Виктор – музы.

В комнату Адель без стука влетела Силайн, от чего Адель чуть не отправилась в след за Джеком. В такой-то момент, когда на той стороне Виктор готовил пламенную речь.

Сам бы Витя с этим не согласился, в гробу видев все эти церемонии, которые всё равно ему кота не вернут, но столь нетипичное поведение матери Адель заставило его обратиться в слух и наблюдать. Что-то предчувствие его говорило, что этот день ещё не закончился и мог в любой момент стать ещё паршивее.

– Ади! – Силайн метнулась к Адель с грацией чего-то среднего между кошкой и ланью и обняла суккубу.