Змееловов больше нет

Умом я понимала, что Самос, вероятно, был искренен в своём сочувствии: вряд ли у него имелся резон вредить случайной попутчице и ли личные счёты ко мне. Но подозрительность всё равно заставляла ждать подвоха.

А с другой стороны, в тишине и пустоте каюты стены вдруг начали давить и словно понемногу сближаться. Остро кольнуло чувство собственной ничтожности и ненужности.

Снова вспомнилось, что я болтаюсь над Бездной внутри огромной твари, совершенно беззащитной перед чудовищами глубин. Когда погонщиками работали змеи, владеющие магией воды, они обеспечивали безопасность и червя, и пассажиров, а сейчас оставалось рассчитывать только на везение.

И если случится катастрофа, обо мне никто не вспомнит и уж точно — не станет грустить. Потому что нет ни родных, ни друзей, ни цели в жизни, одни лишь кошмары и грязное прошлое.

Но эту минутную слабость и пораженческие мысли я быстро преодолела. Напомнила себе о слове короля и потерянном сыне, о школе и детях, которым нужна помощь, и решительно вернулась к документам.

За ужином Самос опять попытался всучить мне зелье.

— Пойми, наказывая себя, ты никому не сделаешь лучше! — алхимик тщетно взывал к моему благоразумию.

— Я не наказываю, — наконец ответила старику, всё-таки бросив на него взгляд поверх стопки листов. — Глупо истязать себя, когда ты — единственное, что у тебя осталось, вам не кажется? Известные зелья мне не помогают, а экспериментировать с неизвестными... Я уже говорила, я не настолько вам доверяю.

— Не настолько — или вообще? — хихикнул он.

— Вообще.

— Такая красивая, а такая сердитая! — укорил алхимик. — Чем тебе слабый старик повредить может?

— Великий Змеелов тоже был слабым стариком, — усмехнулась я.

— М-да. Уела, — смущённо кашлянул попутчик.

На этом разговор снова оборвался, и остаток вечера прошёл в тишине. На удивление спокойной и даже уютной. Непривычное ощущение.

Кажется, я слишком отвыкла от обычного человеческого общения. Когда некто просто находится рядом — случайно, потому что так получилось, — и ему от тебя совершенно ничего не нужно, как и тебе от него.

Когда не обязательно взвешивать каждое слово, следить за лицом и даже мыслями, когда попутчик — просто попутчик, а не возможный собрат по Ордену с очередной проверкой лояльности.

Создатель! Интересно, я когда-нибудь сумею опять стать нормальным человеком? Или уже поздно?

К счастью, вторая ночь в каюте прошла спокойнее.