Зов сердца. Часть 2

— Мама, я же потом не влезу в свои платья! — улыбаясь, покачала головой.

— А мне твое платье совершенно не нравится. Слишком темное. Давай завтра пробежимся по магазинам. Джейн вот молодец, всегда нарядная. И Эметта приучила, а Стив у нас вообще красавчик.

Мама стала рассказывать про племянника, которому всего было два месяца. Я слушала ее и внутренне успокаивалась. Дома хорошо, и правду говорят: родные стены помогают. На душе становилось умиротворенно, все заботы остались в Голстоне, а здесь только тихая радость.

Усталость и недосып взяли свое, и вскоре я стала зевать. Мама с отцом отправили меня отдыхать, и ополоснувшись в ванной после дороги, я легла на кровать в своей спальне.

В комнате почти ничего не изменилось. Я словно вернулась в прошлое. С щемящей ностальгией разглядывала бело-розовую мебель, прозрачный балдахин над кроватью и мягкие игрушки на маленьком диванчике, который стоял напротив. Я вдруг вспомнила о дневнике, как открывала ему секреты, рассказывала про первую любовь, предательство.

.. А потом сожгла, громко рыдая.

Мама права, я изменилась. Жизнь вдали от семьи приучила надеяться только на себя, а в отчем доме я расслаблялась. Нельзя. Вард говорил все очень серьезно.

Незаметно глаза закрылись, и я провалилась в сон, в котором не было ярких, светлых цветов, лишь мрак и холод. Я оказалась среди ржавеющего металлолома, среди сотни сломанных машин. Тишина стояла жуткая, даже ветер не обдувал лицо. Посмотрела под ноги: жухлая трава и сухая листва покрывали землю. А потом услышала детский голосок, совсем недалеко, и я пошла на его зов.

Вскоре увидела пятилетнего мальчика, он сидел на коленках возле ржавой машины, передние двери которой грустно повисли. Ребенок прижимал к сердцу алую женскую туфлю с когда-то белоснежным бантиком в виде украшения. Мальчик укачивал обувь и тихо пел колыбельную. Он ласково гладил красную кожу, подносил туфлю к губам и целовал.

— Привет, Самира.

Я вздрогнула, когда услышала голос маньяка. Ребенок повернул голову, и наши взгляды встретились.

На меня смотрел мальчик с уставшими взрослыми глазами. Он говорил голосом мистера Хатчера.

— Что молчишь? Испугалась?

Лишь усилием воли заставила себя помотать головой.

— Я всегда мечтал открыть обувной магазин, делать самому вот такие красивые туфли. Он подарил мне надежду, а я, глупец, поверил.

Мальчик вдруг поднялся. Страшно было видеть перед собой детское лицо с глазами старика. С ненавистью ребенок потрясал обувью и тыкал в меня указательным пальцем.