Зов сердца. Часть 2

Ему мало оказалось ранить несчастную, он продолжал душить жертву, когда вошла служанка, — жестко сказал Деррик.

В его карих глазах отражалось торжество, словно негодяй сегодня собирался праздновать победу.

— Расследование доверили мне, и я буду рад любой вашей помощи.

Если я еще сомневалась, что отца подставили, то теперь была уверена. Зашипев, как кошка, я чуть не бросилась на мерзавца. Остановил спокойный голос мамы. Она поднялась и с достоинством произнесла:

— Нам нечего рассказать. Я не верю ни единому вашему слову.

Мужчины не спорили, вежливо попрощались. У меня было такое ощущение, что Деррик лично хотел увидеть нашу истерику, беспомощность, ужас. Но благодаря маме мы выдержали визит негодяев с достоинством.

— Мама, что теперь будет? — жалобно спросила, и сдерживающиеся до этого слезы побежали по щекам.

— Ничего, мы справимся. Должны — ради отца.

Мы обнялись и заплакали. Измученные тревогой и неизвестностью, уснули только под утро.

Разбудил резкий звонок, который трезвонил и трезвонил. Я подскочила, с трудом соображая, где я и что за шум. Солнце ярко заливало комнату, а снежинки, как бриллианты, сверкали за окном. Стоило вспомнить вчерашние события, как тревожность усилилась. Накинув халат, я выбежала в коридор, где сонная мама с растрепанными волосами уже открывала дверь настойчивому посетителю.

Невольно бросила взгляд на часы, которые висели в коридоре. Всего семь утра, в Голстоне в это время я топила печку и собиралась на обход по больным. Выходило, удалось поспать всего-то часа четыре. Поэтому состояние такое паршивое, вялое, словно забрали все силы.

Эммет ворвался в квартиру и принес с собой зимний холод. Брат так походил на отца, что сердце невольно сжалось от беспокойства, и на глаза навернулись слезы. Он обнял рыдающую мать, а я устало прислонилась к стене, наблюдая, как сын успокаивал дорого человека.

Я побежала на кухню за успокоительным, брат отвел маму в спальню, заставил прилечь на кровать.

— Тебе нужно отдохнуть, чтобы набраться сил и встретиться в инквизиции с мистером Льюисом. Он неприятный тип, но придется потерпеть.

— Эммет, ради отца я вытерплю что угодно.