Любовь не с первого взгляда

Реамунд не знал всей истории Айде-Лин, но со свойственным влюблённому мужчине проницательным взглядом подмечал то, что другим было не так заметно, и внутри себя уже почти реконструировал её жизненный путь – пусть и неточно, пусть с ошибками, но всё же удивительно близко к реальности.

Он догадывался и о том, что она не махийка, и даже предполагал, как должно звучать её настоящее имя, и среди тех гипотез, которые он внутри себя выдвигал по поводу её прошлого, одна была и в самом деле частично верна.

Но даже самая мистическая проницательность влюблённого взгляда не смогла бы открыть ему её историю полностью – а сама она о ней рассказывать не собиралась.

Потому что у неё были свои причины полагать, что будущего у их отношений нет.

Глава четырнадцатая

Снова перебрав внутри своей головы аргументы против вице-канцлера, королева вздохнула.

Уже завтра разведка закончит свои расследования и даст чёткий ответ на вопрос, является ли вице-канцлер агентом сектантов или нет.

Было совершенно очевидно, что является, но Кая никак не могла заснуть, продолжая вертеть внутри себя так и сяк различные соображения.

Кая знала, что оппозиция её власти будет всегда. Что она, при всём желании, не сможет принимать решения, которые удовлетворят всех, и всегда найдутся недовольные даже самым мудрым её указом. А ещё Кая знала, что в человеческой природе – искать своей выгоды, и ради этого не останавливаться ни перед чем.

Но всё же ей всякий раз было ужасно обидно, когда на её пути вставал человек умный, приятный во всех отношениях, имеющий возможности реализовать свои амбиции законным путём, приближенный к трону, – и при всём этом начавший плести свои интриги против власти.

Вице-канцлер был как раз таким.

Королева лежала и раз за разом прокручивала: что, когда, как пошло не так? Когда-то не заметили какие-то его нужды? Чем-то обидели родственников? Не повысили вовремя жалование? Не оказали каких-то важных знаков уважения?

Как и у всякого человека, привычного к власти, у Каи был тот недостаток, что она полагала себя ответственной за то, что от неё никак не зависело.

Ей и в голову не приходила мысль, что вице-канцлер связался с сектантами только и исключительно ради желания повысить свой статус и иметь влияние как среди официальной власти, так и в среде оппозиции. Кае всё казалось, что это она, персонально она виновата в его выборе, что это она где-то что-то когда-то сделала не так: не то сказала, неправильно посмотрела, не тем тоном высказалась.