Любовь не с первого взгляда

Так, до замужества дама была правительницей в одном портовом городе – естественно, сейчас этот пост передали другому, и никто ей возвращать это место не собирался.

Планируя закрыть заседание на этом выводе, председатель задал дежурный вопрос:

– Имеет ли кто из присутствующих иные поводы для обсуждений?

Вопрос этот долженствовал предоставить любому члену парламента право внести в грядущее заседание свой проект.

Именно этого момента и ждал Вернар для своего триумфального явления.

Встав, он зычным голосом ответил:

– Имею! – и с достоинством, веско заявил: – Я, Фертэн Вернар, желаю подать жалобу на разорение моих владений Рейдаром Рыжим, тридцать четвёртым правителем Анджелии, а также затребовать компенсацию за сожжённый Вернитор.

В парламенте воцарилась мёртвая тишина.

Все пялились на внезапно возникшего Вернара.

Одни, небольшая часть, – потому что знали его лично, и его явление произвело на них эффект, сходный с явлением призрака из прошлого.

Другие, частично, – потому что их поразила жалоба на события столь давно минувших дней, ведь казалось, что все вопросы по делу Рейдара Рыжего были решены ещё в прошлом десятилетии.

И лишь небольшая часть, самых внимательных, поразилась тому, как этот человек сумел пробраться на, вообще-то, закрытое заседание высшего органа управления страной.

Вернар искренне наслаждался взглядами, полными недоумения, шока, и даже, кажется, суеверного страха.

Первым отмер председатель.

Неожиданно дрябло, по-старчески рассмеявшись, он воскликнул:

– Старый барсук! – и грозно рыкнул на собравшихся: – Заседание закрыто, увидимся утром!

Его спрятанная в усах и бороде улыбка явно отзеркалилась во взгляде Вернара, который, сложив руки на груди, ждал, когда члены парламента, гудя пересудами, разойдутся.

О да, он им тут всем даст прикурить, и с огромным удовольствием!

Глава одиннадцатая и двенадцатая в одном флаконе

Первая неделя выставки давалась правительству чуть ли не с боем.

Сперва уводили с митинга сектантов. Потом искали зачинщиков. Пока королева и король-консорт торжественно открывали мероприятие, внутренняя разведка обнаружила во дворце несколько прокламаций и ввела режим повышенной бдительности, старательно выискивая лицо, которое было в сговоре с организаторами сектантских беспорядков.