Разлом

Регис Данамар смотрел на рыцарей, один из которых должен был стать мужем его сестры, которому он вручил две свои главные драгоценности. Другой был его отцом. Он не мог считать их людьми, все в нем восставало против этой мысли. Все!

Но путь властителя состоит из принятия решений, против которых и разум и совесть.

«Любовь, — думал он, замечая вдруг, как кружится комната, и он вместе с ней, — спасает миры. Может и эта любовь двух чуждых друг другу существ что-нибудь спасет?»

Он потребовал от членов совета клятв о том, что они поддержат любой выбор регины Аккористы.

И регина, и Кастар были тут, прятались до поры за высокой спинкой трона, который регис Данамар занимал сегодня последний раз.

Вот он встал и подозвал к себе сестру. Она вышла вперед, одетая в белое с золотом платье, босая и простоволосая.

— Клянешься ли ты защищать свои земли и живущих на ней людей, и дома их, и посевы, и скот, от всякой несправедливости и горя, от которых ты в силах их защитить? Избавлена ли ты от лености и косности, злобы и зависти? — спросил он так же, как спрашивал его отец, регис Асколд.

И Аккориста ответила:

— Клянусь.

И столько было в ее голосе силы, что Данамар вздрогнул, крепко обнял сестру и поцеловал в лоб. Откуда, подумалось ему, взялась эта сила? Быть может от любви?

Он передал ей венец, и цепь и пояс, и перстень, и ключи… Все регалии, которые получил от отца.

— Достанет ли сил у тебя, сестра моя регина, править одной? Не нужно ли тебе крепкое плечо, ясный ум и чистое сердце, и твердая рука человека, который будет тбе и защитой, и утешением?

— Да, — ответила регина Аккорист. — Есть такой человек. Пусть все примут мой выбор, ибо иного выбора быть не может!

Она прошла мимо Кастара, мимоходом пожав его руку, благодаря за понимание и поддержку.

Было очень тихо, так тихо, что слышно было дыхание собравшихся в этом зале. Она шла мимо них, слегка приподняв юбки, так, что всем были видны ее босые ноги. Плиты пола были холодны, и оттого походка ее была легкой и боязливой, будто она парила над полом. В руках ее сверкал ключ от казны, сиял на голове венец. Так ярко, что регис закрыл глаза, не в силах смотреть на это.