Разлом

— Сестра моя регина — женщина. Она умна и непредсказуема. Тот, кто женится на ней, вечно будет плясать под ее дудку на лезвии ножа. По правде, ей нужен другой человек, не такой рохля, как ты, Кастар.

Кастар опустил глаза. Ему не впервой было слышать такое — отец всегда сравнивал его со старшим братом, и сравнение всегда было не в его пользу. Особенно тяжело ему было сражаться с братом за отцовскую любовь потому, что первый сын наместника Новой Столицы был уже много лет как мертв…

Целый день он маялся, не находя себе места.

Сидел в саду у пруда, кормил маленьких золотистых рыбок хлебом, пока садовник не попросил его так не делать: рыбки от хлеба дохли. Сходил в оружейную, потренировался с коротким копьем.

Регис принимал посетителей допоздна, а уже после ужина вызвал Кастара в свой кабинет. Окно снова было плотно зашторено, с четырех бронзовых курильниц поднимался ароматный дым.

Регис предложил сесть, хотя, кроме занятого им самим кресла, в комнате никакого сидения не было, и надолго замолчал. Он сидел, запрокинув голову и прикрыв глаза.

Руки безвольно лежали на широких подлокотниках. Свободные рукава домашней одежды свисали вниз траурными флагами.

Кастар примостился на подоконнике и успел так глубоко погрузиться в свои мысли, что почти задремал, когда Данамар, наконец, сказал:

— Недомогание я почувствовал, когда еще был жив отец мой регис. Ты слышал, от чего он умер?

— От сердечного удара, господин мой регис? — осторожно предположил Кастар, который искренне горевал по старому регису, но больше как по хорошему другу отца, чем по правителю, и причиной смерти не интересовался.

Молодой регис издал странный смешок.

— Если бы, дорогой мой друг Кастар, если бы! — он подался вперед, широко раскрыв глаза. Прядь неухоженных, нерасчесанных и не вымытых волос упала ему на лицо. — Отец мой регис ушел из жизни по собственному своему желанию. Иначе говоря, покончил с собой.

— Не может быть! — одними губами прошептал Кастар.

— Отчего же… если предположить, что он тоже был отравлен черной травой… Это единственное правильное решение, на которое у меня не хватает сил.

Я все цепляюсь и цепляюсь за эту жизнь.

Регис встал, прошелся по комнате, сцепив руки за спиной. Остановился точно под люстрой на двадцать свечей, освещенный так, что Кастар увидел шевелящийся бугорок под его кожей — там, должно быть, проходил корень черной травы.

— Однако хватит. Хватит прятаться от правды. Все, что мне остается, это передать сестре моей регине корону и ключи от королевства.