Западня от инквизитора

Даже одежда... Она изменилась. Сорочка из шелка, вторая рубашка из шерсти, тяжелый нагрудник.

Не знай я друга хорошо, я бы подумала, что тот красуется, хочет показать свою мощь, связи и возможности. Но Джон для меня не был закрытой книгой.

Эту роскошь он воспринимал как обычную необходимость, способ устрашения врагов и способ впечатлять своих соратников. Много ли видели голодные бедняки? Входя к нему, они искренне полагали, что тоже добьются подобных высот, связавшись с преступниками.

Едва за нами закрылась дверь, как брюнет налетел на меня и крепко обнял.

— Валери... — шептал мое имя друг.

— Джон... — я почти простонала.

Я скучала по здоровяку, он долго пребывал в роли моего защитника и брата.

Мужчина, отстранившись, позвал кого-то из коридора.

— Принесите шубу и теплое платье, — распорядился он и вновь воззрился на меня. — Ты совсем окоченела.

Он не трогал пострадавшую кожу, но отгибал мои холодные пальцы.

— Это нестрашно, мы в тепле.

— Тоже верно, — хмыкнул, оглянувшись на пламя в печи. Знал, что я ненавижу, когда со мной излишне носились.

— Вернулась, — я въедливо поправила. — Ты позволил нам остаться, а значит, я в ваших рядах.

Может, из-за тепла, может, из-за длительного расставания, но я расслабилась. Перестала ощущать это мерзкое, прилипчивое чувство страха.

— С женихом...— Он сел в кресло и показал на второе.

— С женихом, — подтвердила я, усаживаясь, — он тебе не нравится?

— Скользкий...— заключил Джон, — и хитрый. Как вы познакомились?

Тема была достаточно щекотливой, а я не славилась умением лгать.

— Лучше расскажи, как тебя выбрали, — с придыханием принялась расспрашивать. — Тебе верят.

Одна престарелая ведьма в банде, приняв меня под свое крыло, любила повторять, что любого мужчину можно победить лестью. "Похвали его, — вещала она, —восхитись, и все подозрения, все отрицательные эмоции с тебя будут сняты."

Пусть я ощущала себя не в своей тарелке, обманывала, но Джон, правда, купился. Он налил мне и себе крепкого вина, дождался, когда его прихвостни, кто принес платье и полушубок, нас покинут.

— Меня выбрали на совете, Валери, — немного хвастливо рассказывал он. — Было еще две кандидатуры, но большинство сошлось на мне. Я молод, умею читать и писать. Ты не подумай, я других взял в совет. В общем, меня слушаются.

Он делился всеми событиями, смеялся, а в конце спросил, рада ли я за него.

— Честно? — я улыбнулась. — Безумно. Ты достоин.

Я не лукавила.