Великий князь и я. Театр

"Золотой мальчик" был не в духе - думаю, он грезил о славе и деньгах, а получил одни проблемы. С другой стороны, я получала то же самое, и в отличие от Темногорского, на карте стояла моя свободная жизнь. Сдаваться было нельзя, но и в успех мероприятия, особенно с таким директором, мне не верилось.

Кабинет фон Яссона встретил нас весёленькой яркой позолотой. Пёстрые гобеленовые стены сверкали в последних солнечных лучах, а по хрустальной люстре бежали радужные всполохи. На столике для гостей стояла ваза с множеством розовых перьев, над перьями висел огромный портрет в золочёной раме - фон Яссон во весь рост, на коне, замерший у парадных дверей театра.

Красиво, но чересчур наигранно. Если портрет писали с натуры, коня было откровенно жаль.

Темногорский рассматривал кабинет с видом домашнего кота, увидевшего в своих владениях мышь. Сощурив глаза, он скользил взглядом по перьям, портрету, золотым стенам... такое чувство, что ему безумно хотелось что-нибудь сломать.

- Уверен, этот фон Яссон - ходок на Паровую, - раздражённо выплюнул директор, - плетей бы ему всыпать.

..

Но покосившись на меня, Темногорский не закончил - хотя по его интонациям, я сделала свои выводы.

- Паровая - место, где собираются молодцы противные?.. Ресторан или клуб?..

- Бани, - усмехнулся новый директор, - дорогие и элитные. Но большие деньги платят не баню, а за конфиденциальность... за молчание.

- Все люди разные, - развела руками, - этим и интересны.

- Не соглашусь, - Темногорский щёлкнул пальцами - и люстра зажглась металлическими яркими огнями.

Свет был странный, непривычный, холодный, но я до ноющей шеи запрокинула голову. Конечно, в империи невозможно не столкнуться с языческой магией... и всё же, настолько близко я видела её впервые.

- Из какой глуши ты приехала?.. - с насмешкой осведомился язычник. - Световыми шарами даже ребёнка не удивить.

- Я люблю удивляться, - ничуть не покривила душой, - и не вижу в этом ничего зазорного. Что касается вашей магии, то я вовсе не из глуши. Ладанья является центром женского образования в империи.

Но наши пансионы в основном христианские, и язычников в городе не любят. Считается, что язычники - искусители, а девочки в Ладанье далеко не низкого происхождения, поэтому важно защитить их от пороков.

- У-у-у... - потянул Темногорский, с трудом сдерживающий улыбку, - край непуганных девиц-монашек. Просто маленький островок грёз для порочного язычника!

Вспомнив женщину - управляющую одного из пансионов, я мысленно хихикнула.