Попаданка, открой свое сердце

Разодранный в клочья и на полоски подол голубого платья выглядел жалко и убого. Не лучше смотрелось и желтое — в бурых разводах и пятнах.

За рядом мишеней когда-то стояла бойцовская арена. Раньше здесь бравые воины оттачивали мастерство своего рукопашного боя. А теперь… А теперь это была пыточная, тюрьма и «арена развлечений», как прозвал ее шаман.

Пленниц поместили небольшой загончик, обставленный кольями и заросшей ядреной жалящей травой. Достаточно легкого касания, и можно получить сильнейший ожог.

Раньше этот закуток был местом, где участники спаррингов ждали своей очереди. А теперь пленницы ждали своей участи.

Шаман неспроста любил зрелищность. Он подпитывал свою магическую силу эмоциями. Особенно эмоциями страха и ужаса.

Театрализованность давала ему этих эмоций сверх меры. Ему даже не нужен был жетс, напиток силы, на который он подсадил всю стаю.

Все эти травки, ягодки — да бодрили, пьянили, но не шли ни в какое сравнение с некроманскими ингредиентами, которые по-своему усиливали зелья и заклинания в сто крат.

— Помести Ханта в центр и пусти ему кровь. Пусть наберется. Если перестанет течь, то режь снова, — сказал шаман Мей одному из дуболомов, — да режь вдоль, а не поперек…

— Мэй, ты обещал, что я перегрызу ему глотку, — сказал красавчик Джо, ткнув пальцем в тело охотника — он не окочурится раньше времени-то?

— Мне нужно то немного, а как начнется развлекуха ты его … — шаман показал Джо характерный жест около шеи.

— А с девчонками что делать? Одна из них в отключке, — спросил второй дуболом у мужчин.

По пути он ненароком вновь «успокоил» Зилю, и та потеряла сознание.

Шаман подошел к загону с девушками.

— Ты, рыжая, а ну-ка, приведи ее в чувство — отдал он приказ девушке.

Аста подползла к Зиле. Размяла свою шею, согрела друг об друга ледяные руки и приложила ладони к лицу брюнетки. Ладошки юной врачевательницы слегка засветились, и девушка стала что-то шептать себе под нос.

Шаман прислушался к шепоту Асты.

— Ах ты дрянь! — взревел шаман и стремглав вбежал в загончик, и с размаху ударил рыжульку.

Девушка отлетела назад, на переплетенные травой прутья. А после, кое-как, поднялась.