Бастард. Хранитель для наследницы

Серые глаза словно резко выцвели, зрачки то сужались, то расширялись.

— Всё забрали чистить, — тихо сообщила Линайра, сжимая кулаки до побелевших костяшек. — У меня даже того дорожного костюма сейчас нет!

Наёмник тихо витиевато выругался. Он прошёлся туда-сюда по комнате, лихорадочно пытаясь отыскать выход из ситуации. Ещё и время утекало, как песок сквозь пальцы. Внезапно его осенило.

— Раздевайся, — Райд резко остановился и приказал девушке.

— Что? — южанка ошарашенно уставилась на воина, не понимая, зачем ей нужно снимать одежду.

— Раздевайся, я сказал, — повторил северянин, а потом рявкнул. — Быстро!

Линайра икнула и принялась расстёгивать пуговки на платье, судорожно то краснея, то бледнея. Райдриг тем временем скинул свою куртку на спинку стула. Что-то громко звякнуло. Жилет оказался там же спустя несколько мгновений. Когда наёмник снял рубашку, дер Вальд замерла, совершенно позабыв и про пуговицы, и про трапезу у короля, и про то, кто она и где. Щёки запылали, сердце замерло и начало стучать быстро-быстро от волнения.

«Вот это экземпляр. Какой рельеф! Какая кожа! И мышцы такие, — южанка не заметила, что машинально облизнула пересохшие губы, пока пялилась на Райдрига, который повернулся к ней спиной. — Какие плечи. А если потрогать?» Линайра медленно моргнула и, рвано вздохнув, через силу отвернулась и собиралась отойти ближе к зеркалу.

Райд надевал жилетку, когда со стороны девушки раздался испуганный короткий вскрик. Едва успев, он поймал летевшую прямо носом в ковер дарру.

Она подняла на него свой растерянный и будто бы затуманенный взгляд. Крепко сжав зубы, воин развернул Линайру к себе спиной и одним рывком избавился от пуговиц. Поспешно стянув с неё платье, не особо беспокоясь о моральном состоянии охраняемой, он отошёл к столику и достал из голенища сапога узкий кинжал.

— Одевай мою рубашку, — бросил в приказном тоне, пока отрезал от платья ненужную часть.

«Да куда ж я её напялю? — девушка покосилась в сторону стула, на спинке которого висел указанный предмет одежды.

— Совсем клин в голову вбился ему что ли? Я в ней утону сразу же».

Линайра переступила с ноги на ногу и глянула на себя мельком в зеркало: она оставалась в длинной плотной и жесткой нижней юбке и бельевом корсете. «Мне положено сгорать со стыда. Наверное. Что же такое происходит? Почему я смущена, но мне совершенно не страшно?» — размышляла посол, облачаясь в рубашку, точнее действительно утопая в ней.