Отверженная жена дракона

– Уверена? Как ты себя чувствуешь? – И снова этот тон… якобы он волнуется! Якобы ему не плевать!

– Всё в порядке! – я пытаюсь выкрутиться из излишне заботливых рук. Тапки соскальзывают с голых ступней. Я вспоминаю, что на мне одна лишь тонкая ночнушка. Смущаюсь… и тут же злюсь на себя за это! – Немедленно поставь меня на пол! – громче требую я.

– Откуда в комнате магический огонь? – Клоинфарн направляется в гостиную, явно не собираясь меня отпускать. Наоборот, прижимает теснее.

“Ты! Ты случился!” – хочется крикнуть мне.

Зачем он проявляет доброту, если ненавидит? Зачем так бережно держит, если желает мне зла?!

Мне нужно быть благодарной за то, что он спас меня из огня, но я испытываю одну лишь досаду и саднящий гнев. Мне хочется драться! Хочется кольнуть дракона побольнее! Это желание так велико, что я не сдерживаю себя:

– Да знаешь… Просто захотелось согреться! А заодно сменить обстановку! Нельзя?!

– Не время язвить, – рычит он.

– Зато ты смог меня героически спасти! Чтобы я в очередной раз была перед тобой в долгу!

– Адель… – в его ледяном голосе сквозит предупреждение.

Я сцепляю зубы. Собственное имя режет слух, будто граблями по стеклу провели.

– Адель… – натянуто усмехаюсь я, повторяя вслух собственное имя. – К чему это притворство, Клоин? Называй уж меня “Эйда”, чтобы я не забывала своё место. Ты ведь на самом деле именно за неё испугался, за Эйду? Испугался, что твоя бывшая жена сгинет, ещё до того как ты успел ей отомстить.

– Прекрати нести бред!

– Бред?! Да с момента, как я встретила тебя – вся моя жизнь стала нескончаемым бредом! Я уже ничего не понимаю! Отпусти! – выкрикиваю я, пытаясь выкрутиться, вырваться из стальных объятий, которые ощущаются как тиски, сжавшие не только тело, но и душу, и сердце! Мне невыносимо в них находиться! Не хочу быть здесь! Не хочу ничего чувствовать!

– Адель…

– Нет! Не называй моё имя! Вообще никак меня не называй! Знать тебя не желаю!

Но проще было бы стянуть железные кандалы, чем вырваться из рук дракона.

В итоге, так ничего и не добившись, замираю, тяжело дыша. Вскидываю злой взгляд.

Клоинфарн смотрит остро, будто иглой прошивает, а я вдруг замечаю, насколько бледна его кожа.