Жена напоказ - 2

— Подвинься! Вот же ты морда рогатая!

Я беспощадно толкнула нагревшийся на солнце бок шинакорна кулаком, на что тот громко чихнул, забрызгав мне руку… я даже думать не хотела чем. Просто вытерла её о покрывало.

Похоже, месье страшно-заботливый дознаватель снова решил надо мной посмеяться. Ну кроме попытки защитить, разумеется. Благо теперь я не видела его во снах: порошок, прописанный Жеаной, оказался весьма действенным.

Но теперь у меня появилась гораздо более весома причина вспомнить о герцоге. Потому что вынести рядом с собой громко сопящую, громящую всё вокруг и опустошающую мясные запасы моего повара тушу один день — это полбеды.

Но пошёл второй. И я с содроганием предвкушала, как Лабьет поедет со мной на виноградники. Если он и там будет передвигаться с тем же изяществом, лучше бы мои лозы погибли от болезни!

Просто какой-то таран на четырёх лапах!

— Ну что? — Я наконец открыла глаза — и тут же наткнулась на внимательный взгляд Лабьета. — Мадам Хибоу, горничные и повар ещё не возненавидели тебя окончательно.

Так что, думаю, у тебя сегодня будет продуктивный день?

Пёс закатил глаза и уронил голову на перину. Тяжко вздохнул, но при этом тихонько заколотил хвостом по покрывалу. Я села на постели, глядя в залитое солнцем окно, а Лабьет тут же соскочил на пол и умчался через приоткрытую дверь прочь — на прогулку. О том, в какой именно части сада он носится, можно было легко догадаться по шлейфу ругательств, которые извергали обычно тихие и покладистые слуги, что попадались ему на пути.

Но к тому мигу, как я собралась спускаться, Лабьет вернулся — чтобы сопроводить, как и положено строгому охраннику.

И первым делом я вновь зашла к Ивлине. Служанка, что ухаживала за ней, сразу же встала из кресла и поклонилась.

— Как она? — Я подошла ближе к постели аспирантки.

— Всё так же, — с сожалением пожала плечами её сиделка. — Приходит в себя, но ненадолго. Я даю ей все прописанные снадобья, но они не помогают! Ей ни капельки не становится лучше!

Выслушав горничную, Лабьет тихой рысцой — умеет же! — приблизился к постели девушки и осторожно обнюхал её лицо.

Посмотрел на меня, затем снова на неё. И его глаза вдруг наполнились сожалением: больше он ничем не мог помочь. Спасибо хотя бы за то, что отыскал Ивлину, иначе она так и погибла бы там, в подворотне.

Тех мгновений, когда она приходила в себя или выплывала из наведённого снадобьями сна, не хватало, чтобы хоть о чём-то её расспросить. Да мне и не хотелось мучить девушку лишними разговорами.