Невеста вне отбора

От мрамора к девушкам поднялась жесткая, лишенная листьев лиана, усыпанная крупной черешней.

— Ого. А это точно съедобно? — восхитилась Мадди.

— Точно, — усмехнулась мэдчен ван Ретт. — Лиана настоящая, а вот ягоды — плотная иллюзия и сладкий растительный сок.

— А на вкус как черешня, — восхитилась ванен Скомпф.

— Да. — Катти вздохнула. — Знаешь, травма сильно подстегнула меня. Мне же почти ничего нельзя — сладкое, жирное, жареное. Одним словом — вкусное. Я же мало двигаюсь, в основном читаю. Чуть вкусно покушаешь — растешь по все стороны.

Подруги объели черешню, выплевывая косточки прямо на мрамор — они все равно исчезали, не долетая до пола.

— Полезный дар, — вздохнула Мадди. — У меня тоже неплохой, но твой интересней.

— А какой у тебя?

— Я одинаково вижу и днем, и ночью, — улыбнулась ванен Скомпф и, закатав рукав, показала часы. — Видишь, какие? Показывают не только который час, но время суток.

— Тонкое колдовство, — восхитилась Катти.

— У белаторов заказывали. Тогда же и узнали, что к ним нужно обращаться «дерр белатор».

Последнюю косточку Мадди удерживала на ладони до тех пор, пока та не растаяла. После чего мэдчен тяжело вздохнула и, не отрывая взгляда от опустевшей ладони, спросила:

— Тебе этот Отбор странным не кажется? Хроники я не читала, но точно помню рассказы родителей. Все, абсолютно все «ваны» приняли участие в Отборе. Было даже несколько степных эс-химэ.

— Да, про участие степнячек я читала, — кивнула Катарина.

Мадди захихикала:

— А посол точно знал, о чем говорил? Кто ж своих детей дарит.

— Для степняков нормально дарить дочерей. Жен много, детей много. Сыновья могут работать, а дочерей либо замуж, либо, если дар есть, в услужение шаману. Посол их тогда обратно забрал. И сейчас вся столица молится на эс-химэ Тайтинн, величайшего детского целителя.

— А вторая?

— Где-то замужем, — пожала плечами мэдчен ван Ретт. — В Хроники попадают курьезы. А вне хроник информация есть только о целительнице Тайтинн. Ладно, посидели, и хватит.

— Ага, пока идем, проголодаемся, а там уже и обед, — фыркнула Мадди.

Вернувшись на тропинку, девушки пошли молча. Каждой было о чем подумать. Но ни одна не могла предугадать, что дворец невест-избранниц превратился в растревоженный курятник.