Тёмная Вестница

О том, что у нас «временные трудности», о папе, который «обязательно что-нибудь придумает», и о жизни, которая «со временем наладится». А если вдруг не наладится, то было бы прекрасно мне выйти наконец-то замуж, а то давно пора, двадцать первый год пошёл, того и гляди, засижусь в старых девах.

«Сказала вечная эльфийка, которая вышла замуж в сто сорок шесть.»

Я сидела молча и прямо, как привыкла за тринадцать лет в пансионе, и успела отвыкнуть за год в Академии Граней. Слушала, думала, ощущала стыд, презрение и парадоксальную гордость, за то, что могу просто сидеть прямо и молча, когда мир рушится мне на голову, и даже моя мама дрожит в истерическом ужасе, плохо скрываемом за оптимизмом.

Она отпустила меня отдыхать, предупредив, чтобы я не трогала красные бумажки, которые ещё понадобятся менеджерам для каких-то их менеджерских дел, и даже не думала распаковывать чемоданы, и ни в коем случае не срывала таможенные бирки, которые доказывают, что эти вещи были со мной всё лето, и следовательно, они мои.

Я пролежала в постели до утра, слепо глядя в потолок, а утром приставы пришли опять, целая армия мерзко потирающих ручонки «менеджеров», которые ходили по моему дому и смотрели на бывшие мои вещи как на будущие свои комиссионные, и клеили, клеили, клеили свои красные бумажки.

Они ушли ровно в шесть вечера, пообещав прийти завтра, мама распорядилась подавать ужин, а кухарка, дрожа от страха, прошептала ей, что не может — приставы упаковали сервизы и опечатали коробки.

Через время наверху раздался первый порыв ветра, за которым через время последовала буря, которую я решила не слушать — наушники стали моими лучшими друзьями с тех пор, как я вошла вчера в родной дом. Музыка была иномирская, но слова я понимала — пели на одном из межмировых человеческих, он входил в программу моего обучения в пансионе.

«Знали бы мои наставницы, что я буду использовать полученные от них знания для того, чтобы слушать вульгарные песни из миров низших рас.»

Песня была о любви, которая закончилась, исполнительница выгоняла бывшего любимого из своего дома, изо всех сил убеждая слушателей, что расставание её не сломило. Лично я ей верила, и мечтала тоже иметь столько моральных сил.