Я, ты и наша тень

Нил проследил изумленным взглядом траекторию полета, немного отшатнулся от разлетевшихся брызг и тактично произнес:

— Знаете, Тала, вы очень необычная девушка. Я бы даже сказал, совершенно невообразимая.

— Простите, — виновато прошмякала я, старательно прикрывая настоящие зубки губами.

А Хомка театрально закатил глазенки и демонстративно плюхнулся в обморок. Предатель.

***

Я вновь тряслась позади Даная.

Где-то впереди маячил бронзовый жеребец, на котором восседал Нил. Остальные всадники растянулись длинным караваном друг за другом.

Окружающий пейзаж понемногу менялся. Исчезали густые, непроходимые заросли по бокам. Узкая тропочка расширялась и превращалась в добротную дорогу, мощенную бледным кирпичом.

Диковинные цветы радовали глаз сказочной расцветкой. Волшебной красоты птицы услаждали слух удивительными трелями. Даже бабочки потрясали воображение своей неземной красотой.

Но самое большое отличие этого края от остального мира в том, что тут почти на каждом шагу попадались Тени.

Невесомые, они резвились на полянках. Исчезали внутри многолетних деревьев и появлялись вновь с радостным блеском в глазах. Выглядывали из-за стволов и приветствовали лессиров.

Они были такими разными. Маленькие или большие. В виде насекомых, животных или птиц. Некоторые такие обыкновенные, пройдешь мимо и даже не заметишь, что это Тень. А иные до невообразимости сказочные, словно вышедшие из древних преданий.

Совсем рядом с нами проскакал белый единорог. Впереди мелькнула сияющая чешуя огромного дракона. А где-то на дереве захлопал горящими крыльями златоперый феникс.

— Хомочка, посмотри, — в восхищении шептала я оглядываясь.

Но Хомик в ответ лишь молчал. И только взглянув на круглощекую мордашку своей Тени, я поняла причину этого безмолвия.

Из крошечных глаз текли слезы.

— Хомулечка, ну что ты? Не плачь.

Пушистик отмахнулся:

— Ты этого не видела, человечка. Не видела ни-че-го! Поняла?

Я нахмурилась.

— Хома…

— Я вернулся домой, Тала. Я просто вернулся домой.

Пушистик утер лапкой мордочку и внезапно улыбнулся.

И столько безоблачного счастья сквозило в его черных глазках. Столько радости и облегчения, что я тоже невольно растянулась в улыбке.

Копыта лошадей лессиров отстукивали дробь по мощеной дороге. Незнакомые тени с любопытством разглядывали нас с пушистиком, словно заранее знакомились.