Прятки в облаках

— Внимание, — стеклянный олен, боднув рогами дверь, заглянул в комнату, — господа Дымов, Рябова, Плугов и Власов. Вас ожидает Алла Дмитриевна.

— А Плугова и Власова нет, — зачем-то доложила оленю Маша, уворачиваясь от дымовского платочка.

— С Зинкой болтают, — снова уткнувшись в свои бумажки, буркнул старичок, — Васенька, ты сбегай вниз, поторопи оболтусов. Нельзя опаздывать к Алле Дмитриевне!

Олень послушно исчез.

— Вперед, Мария, — скомандовал Дымов и открыл перед ней дверь с табличкой «Ректор Первого Университета А.

Маша послушно шагнула, зажмурилась от яркого солнечного света, льющегося из высоких окон, затормозила, ощутила руку, мягко подталкивающую ее в спину, вслепую прошла еще немного и опустилась в кресло, повинуясь той же руке.

Часто моргая, она смогла разглядеть ректоршу — короткие черные волосы, темно-бордовая помада, резкие черты худого выразительного лица и нервные длинные пальцы, барабанящие по столу.

— А где наши гении? — спросила она сухо. — Опять Власов Зинаиде Рустемовне глазки строит?

Дымов опустился в кресло рядом, закинул ногу на ногу, пожал плечами.

Кажется, в этом кабинете не принято было здороваться, и Маша молчала.

С топотом ворвались менталисты.

— Простите, Алла Дмитриевна, — выпалил Влассов. — Увлеклись учебой, немного не рассчитали время… Знаете, как мы радеем за честь универа! Ночами не спим, о повышении успеваемости грезим.

Она скептически посмотрела на них.

— К делу, — Алла Дмитриевна развернула к ним ноутбук на девственно чистом столе.

Маша, открыв рот, уставилась на окровавленную грудь, нож, который вонзился в нее, и только потом торопливо отвернулась.

— Сергей Сергеевич, — продолжала ректорша, — успел снять видео на мобильный.

В кабинете воцарилась потрясенная тишина.

— А можно еще раз включить? — вдруг спросил Плугов.

Маша упорно разглядывала серебристые плетения на светлой стене. Значит, стоило ей бухнуться в обморок, как Дымов выхватил мобильник и давай снимать весь этот ужас на телефон? Ну, разумно, наверное, только немного обидно.

— Это не мечта, — сказал Плугов. — Это план. Смотрите, какая четкая картинка. Какие детали. Кто-то снова и снова прокручивает это в голове, он даже нож уже выбрал — правильной длины, с острым лезвием и удобной рукояткой. Рябова, а пижама твоя? Настоящая?

Она осторожно скосила глаза, и ее затошнило.