Кошка Белого Графа

Учитывая, что морская граница Эйлана в полтора раза превышает сухопутную, король Альгредо был бы крайне рад принять в семью девушку из рода владык моря, а заодно вбить клин между Вайнором и Ригонией. Наши страны всегда действовали заодно; королевские дома Ригонии и Вайнора не заключали династических браков с Эйланом и не вступали с ним ни в какие иные союзы, помня давнюю вражду.

Граф сказал: чтобы получить для своего сына руку Камелии, Альгредо согласился вернуть Вайнору половину Спорных земель, которые за последние сто лет четыре раза переходили из рук в руки.

И король Бертольд поддался искушению.

Узнав об этом, Альрик сейчас же выразил желание самолично жениться на младшей принцессе Вайнора, хотя это и влекло за собой сложности с наследованием дара. Бертольд подумал — и согласился. «Несколько акров бесплодных пустошей не стоят потери друга», — сказал он. Наконец, король более выгодная партия, чем тот, кто стоит двадцать шестым в очереди на престол — после семи старших братьев и их детей. Вот только принцесса успела в этого двадцать шестого влюбиться…

— Подло использовать это против неё, — не удержалась я.

— Хочешь видеть на ригонском троне ставленницу Эйлана? — резко спросил граф. — В делах государств нет места сантиментам.

— К кошкам вы добрее, чем к людям, ваше сиятельство, — произнесла я шёпотом.

В ответ граф сжал губы, помолчал, а затем бесстрастным тоном предложил мне слепить снежок — и сам сделал то же самое, попутно применив какие-то чары. Ком снега в моих руках, слишком лёгкий и мягкий, слишком тёплый, начал голубовато светиться.

Поверхность его уплотнилась, стала гладкой и скользкой, свечение превратилось в стеклянный блеск. Граф забрал у меня снежок, а мне вручил свой, велев:

— Продолжай катать. Это для связи. Когда потребуется, просто мысленно позови меня. Стены зданий и посторонняя магия могут стать помехой. Лучше говорить от окна или с улицы, словом оттуда, где есть снег.

Когда мы вернулись в свои тела, у меня на шее появился тоненький серебристый ремешок без застёжки, к которому был подвешен хрустальный шарик величиной с яблочко-ранетку.

В следующее мгновение ремешок с шариком исчез — сделался невидимым и неощутимым. Но я знала, что он есть. Ошейник, за который всегда можно потянуть.

Второй шарик, на цепочке, Даниш спрятал за пазуху.

Разговор в снежной ловушке обошёлся графу недёшево. Вставая с кровати, он пошатнулся и схватился за столбик — но мне совсем не хотелось ему сочувствовать. Коварство имеет цену, ваше сиятельство.