Любимая проблема ректора

Пару раз я прогулялась по кораблю, пообедала в столовой, даже обмолвилась несколькими словами с попутчиками, но все они так беззастенчиво пялились на мои браслеты, что желания завязать знакомство не возникло. Так что большую часть времени я провела в каюте, где или читала книги, или смотрела в иллюминатор на морские волны, или играла сама с собой в детскую карточную игру, которую горничная зачем-то положила в мой чемодан.

К тому времени, как корабль причалил к нужному мне острову, я была собрана и спокойна.

- Ольеринта Морено? – обратились ко мне, и я, отведя взгляд от неказистых портовых строений, посмотрела на пожилого человека в серой одежде. – Это ведь вы? Мне было приказано вас встретить.

- Я, - кивнула ему. – А вы кто? Вы работаете в Эйверидже?

- Да, ольеринта, я там работаю. Меня зовут Дэрек Кромбли. Это все ваши чемоданы?

- Разумеется, мои!

- Боюсь, один из них вам придётся нести самостоятельно, - заметил мужчина.

- А не могли подогнать магомобиль прямо к причалу? – отозвалась я, хватая самый маленький из трёх чемоданов, но даже он оказался довольно тяжёлым.

- Магомобиль, ольеринта? – переспросил он. – Но здесь нет магомобилей. Я приехал на повозке.

- На п… повозке? – запнулась я, не веря своим ушам.

- Да, ольеринта. Пойдёмте скорее. Лошадь пугается, когда надолго остаётся одна в незнакомом месте, очень уж нервная.

Я скрипнула зубами. Нервная лошадь, значит? Я, может, тоже нервная и тоже в незнакомом месте, где, кажется, всё ещё живут в прошлом веке!

С тоской проводив взглядом корабль, который уже готовился к отплытию, я зашагала за своим спутником. Чемодан стукал по ногам, острым замочком оставил прореху на чулке и оцарапал ногу, а голова кружилась от непривычного воздуха и запахов. По сторонам я не смотрела – виды здешнего порта однозначно не заслуживали того, чтобы ими любовались.

Как и сказал Кромбли, нас ждала беспокойно прядающая ушами пегая лошадь, впряжённая в полуоткрытую повозку, в которой едва нашлось место для меня и моих чемоданов. Дэрек Кромбли занял место кучера, и транспорт, который в столице использовался разве что для экзотики, тронулся с места. Дорога оказалась ухабистой и неровной, так что меня изрядно потряхивало.

- Далеко ехать? – прокричала я.