Ведьма для боевого оборотня

Я приготовилась отражать удар и скомандовала: – Давай!

– Точно готова? – спросил Борис, хохотнув. – Под откос не повалишься?

Я замотала головой, не прерывая сосредоточенности.

Борис поднялся с места. Потянулся, разминая застоявшиеся мышцы, и начал магичить.

– Силу пошлю неспешную. С ног сбить не должна. Давить будет, – предупредил он.

– Я готова!

Борис не соврал. В этот раз сила шла от него не ударным потоком, а сплошной стеной. Не знала, что оборотни так могут. Стена волжбы дошла до моей защиты и начала просачиваться сквозь плетение.

– Ой-ой-ой, – запричитала я, пытаясь перекрыть дыры в плетении.

Ничего не вышло, плетение рассыпалось прямо на глазах. Стена магии начала теснить меня назад, и Борис остановил её.

– Ещё раз! – приказал он.

Я без споров принялась за очередное плетение. Рано или поздно должно получиться. Говорила же Василиса, что защита – это самое простецкое. Справлюсь на раз! Ну, хотя бы на пятый раз.

Но я ошиблась.

Защитное магическое плетение не сработало ни на пятый раз, ни на десятый.

Наступил полдень. Нещадно пекло солнце и всё вокруг окутывал знойный воздух. Над холмом парил аромат трав, оглушительно стрекотали кузнечики под ногами, а водные потоки улеглись поближе к земле. Борис сдался. Махнул лапой и указал на седло.

– Седлай, обратно едем. Обед.

Я испустила печальный вздох и пошла прилаживать седло на место. Второй раз это получилось куда быстрее. А Борис всё кряхтел и мялся на месте.

– Что-то не так? – спросила я, присмотрелась к креплениям и подёргала за ремни.

– Вроде нормально.

– Жарко, – буркнул Борис, испуская грузный вздох: аж по всему телу шерсть волнами пошла.

– А ты чего в шубе-то сидишь медвежьей? Обернулся бы обратно. В рубахе не так жарко.

– Из-за тебя всё, – ворчливо заметил Борис. – Обучать тебя в человечьем обличии как прикажешь? Ни магии толком не чую, ни использовать грамотно не смогу.

– Спасибо, – откровенно поблагодарила я.

Медведь молча отвернулся, подставляя плечо. Залезай, мол. И никакого пожалуйста.

Борис, как я погляжу, вообще не приучен был к вежливому общению. Но и перевоспитывать меня его не тянуло.

Я залезла в седло и вцепилась в упряжь обеими руками – нам предстоял спуск с холма. Но всё же не сдержалась, спросила:

– Боря, а ты единственный ребёнок в семье?

– Да.

– Так я и думала.

Борис рыкнул, обернул на меня морду, нахмурился, а потом вдруг промолчал. А что тут скажешь? Один ребёнок – мало общения. Вот тебе и результат: никакой вежливости.