Берег птицелова

Добро пожаловать! Что желаете?

— Ночлег и ужин. Да керосину бы фляжку.

— Керосин вышел весь. Утром в лавке спросите. А ужин сделаем, да и комната наверху найдется. Потеснимся.

— Есть у вас что-нибудь, кроме рыбы?

— Свиные сосиски с кашей.

— Сойдет, — Птицелов потушил фонарь и сел за свободный стол поближе к камину. — Пинту еще! — крикнул он женщине.

— А как же! — отозвалась та из кухни.

Давненько уже не сидел Томаш под крышей, на стуле со спинкой, не грелся у прирученного огня, давненько не видел столько хмельных людей.

Ну, если не считать этих странных братьев, то никого не видел толком с летней ярмарки.

Перед гостем быстро появились кружка пива и большая тарелка с дымящейся едой, приготовленной ловкими женскими руками.

Это была не жидкая уха с костра, непропеченная картошка или подгорелая каша без соли, нет. Это была жирная, ароматная сосиска с хрустящей корочкой оболочки, из которой мясной сок тек прямо в рассыпчатую кашу с тимьяном. И квашеная капуста тоже оказалась хрустящей и кислой, а пиво — холодным и темным.

.. Одним словом, Птицелов изошелся слюной, но ел медленно, специально наслаждаясь забытыми вкусами.

Всякий раз после сезона охоты на птиц он думал: «Привычка — мощное оружие. Люди недооценивают ее силу.»

За три месяца можно отвыкнуть и от соленого, и от сладкого, спать на мягком и мыться горячей водой. Потом все будет в радость, все будет казаться слишком сладким и кислым, слишком теплым, удобным, прекрасным. Но пройдет день-другой, неделя, и ты снова привыкнешь, и снова перестанешь испытывать одно простое житейское счастье и отправишься на поиски другого.

За большим столом, у стены с тусклой картиной пили-ели человек шесть рыбаков, видимо все меж собой друзья — одна команда. С другой стороны комнаты, за столом у окна — те двое. Старик, чей цепкий взгляд поймал Томаша сразу же, как тот вошел, но не найдя в Птицелове ничего любопытного — отпустил. Возле старика расселся усатый толстяк — веселый и дружелюбный тип, из тех, кто будучи хоть рыбаком, хоть плотником, все равно больше всего в жизни уважают еду и безделье.

Вот эта парочка и переговаривалась через всю таверну с одним человеком из большой команды. Видимо, только крикливый рябой громила и был в компании из местных, он и притащил своих соработников переждать в тепле непогоду.

Рябой перекидывался со стариком и толстым колкими фразами, хвастал небывалым уловом и волшебной удачей. Старик вредничал, смеялся и не верил, а громилу это обижало.