Трофей для зверя

Люди охнули, Мел пожала плечами. Сожалений по этому поводу она не испытывала, зато теперь точно знала на ком пыхтел Вейлор за закрытыми дверями.

— За это пять плетей.

Люди снова охнули. В этот раз одобрительно.

— Ты посмела сегодня спорить со мной по поводу пленника.

— Я забочусь о будущем Асоллы.

— Я — будущее Асоллы! — рявкнул король, — с этого дня андракиец больше не твоя проблема. Я забираю его себе.

— Боюсь, это невозможно, мой король, — твердо произнесла она, зная, что правителю это не понравится.

***

— Невозможно? — тихо прошипел он, подступая ближе и не сводя с ее лица бешенного взгляда, — невозможно?!

— Да.

— Ты мне отказываешь? — прогремел король на весь двор.

Растерявшая всю свою смелость Тира, накинула капюшон на свою лысую голову и поспешила протиснуться в толпу, подданные в страхе попятились — никому не хотелось попасть под горячую руку. Молчаливые стражники сурово переглянулась, а Мелена не моргая смотрела прямо перед собой. Она все еще не пришла в себя, после того как тащила андракийца — в висках болезненно бился пульс, во рту пересохло, но когда начала говорить, ее голос не дрогнул:

— Его ошейник настроен на меня.

Поэтому он должен быть под моим контролем.

— Так перенастрой на меня!

— Извините, но это невозможно. Его нельзя ни снять, ни изменить. Так было спроектировано заранее…по вашему приказу.

— Значит, сделать новый ошейник! — прорычал он, — а пока приведи его на главный двор и посади в клетку для скота. Пусть народ смотрит. Пусть все видят, что ждет того, кто посмеет к нам сунутся.

Мысль о том, чтобы держать зверя в клетке на всеобщем обозрении показалась кощунственной.

— Ваше величество, этот пленник имеет огромную ценность. Нельзя выставлять его на потеху толпе. Он нам нужен…

— Ты со мной спорить собралась?!

— При всем уважении…я не могу с вами согласиться.

Мелену коробило от того, что этот разговор проходит при свидетелях, ничего не смыслящих ни в защите города. Король должен был вызвать ее к себе и выдвинуть свои требования.

Должен был пригласить на этот разговор кого-то из генералов и советников. Они бы единогласно сказали, что нельзя кхассера сажать в клетку и показывать, как в зверинце, тогда Вейлор вынужден был бы согласиться с их доводами. А сейчас, перед своими прихвостнями, жадными до зрелищ и сплетен, он не слышал ничего! Ему важнее было чтобы его воля была исполнена, даже если то, что он требовал не имело смысла.

— Повтори, что ты сказала?

— Я не могу с вами согласиться.