Золушка по вызову

Как смотреть ему в глаза — и не вспыхнуть факелом? Есть, пить, улыбаться, шутить, принимать комплименты, когда в груди бьётся, рвётся на волю шальная жар-птица, и кожа в мурашках, и кажется, что летишь на качелях вверх-вниз… Как танцевать, когда спину жжёт его ладонь, и рука в руке, и внутри плавится и кипит, а зал вокруг кружится и кружится.

Он всё поймёт; да наверное, уже понял. Карие глаза искушают, и губы близко-близко…

Стоп, нельзя! Возьми себя в руки.

— У вас растерянный вид, Искра. Что-то не так?

— Всё в порядке, господин ван Сторм.

Просто немного устала.

Нарушение правил. Тряпки, швабры и усталость остаются за дверями бального зала, Золушка превращается в принцессу, полную энергии и жизнелюбия. Но лучшей отговорки Искра не придумала.

— Зовите меня Алек.

Сказал — будто холодным душем окатил.

Так назвался Саш при их знакомстве. Хотел показаться интереснее.

Одной мысли о муже хватило, чтобы привести Искру в чувство. Нахлынул стыд, а следом облегчение — вовремя опомнилась.

— Искра, вам нравится ваша работа?

То, как ван Сторм произносил её имя… похоже на гипноз. Как в фильмах: кодовое слово — и объект внушения готов прыгнуть со скалы. Но больше она голову не потеряет.

Взглянула открыто, улыбнулась:

— Вы не поверите — да!

— Почему же не поверю? — улыбка в ответ, ласковая и чуть лукавая.

Нет, Алек-Алексис, нас не смутишь. Мы знаем, что надо говорить:

— Считается, что работа по дому — это скучно, грязно, тяжело. А я скажу, что чувствую себя демиургом.

В моей власти превращать хаос в порядок, делать безобразное красивым, создавать из частей целое. Например, из муки, сахара и яиц я могу испечь пирог. Разве это не чудо? Совсем маленькое, но оно подкрепляет силы и дарит радость, которую можно разделить с близкими. Я, как Мэри Поппинс, прихожу, когда нужна. Каждую неделю начинаю с нуля, осваиваю новый мир и стараюсь преобразить его. Это захватывающее приключение. Я помогаю людям и, смею надеяться, делаю их чуточку счастливее.

Сейчас он рассмеётся. Или напыщенно кивнёт. Обычно они реагируют именно так: смеются или исполняются пафоса. Ван Сторм спросил:

— А сами вы счастливы?

— Конечно… Алек.

— Нет-нет, дежурного ответа я не приму!

Чуть крепче сжал руку, невзначай погладил большим пальцем тыльную сторону еёладони.

— Я был откровенен с вами и надеюсь, вы будете откровенны со мной. Это справедливо, не так ли?

— Но я и правда счастлива! Вы подарили мне чудесный вечер.