Проклятие для мага или сердце на троих.

Изящество и удивительно не юная сдержанность были в Деином облике всегда, но сейчас Яна поразило, что свойственную ей игру в благородство сменило неподдельное величие. Она стояла босая, слегка растрепанная и все же было в Дее теперь нечто царственное и невозможно прекрасное, нечто такое, что выдавало в ней госпожу.

Это та перемена, которую Ян отметил сразу, как увидел ее. А еще взгляд, что-то с ним было не то. В таких знакомых, слегка раскосых, подернутых зеленцой глазах,о отражался сам космос во всей своей беспредельности.

Во рту у Яна пересохло, он весь напрягся. Это была уже не та девчонка, которая нуждалась в его постоянном присмотре и защите, она стала чем-то большим, большим, чем сам Ян. На секунду он испугался, испугался того, что все-таки потерял ее. Потерял ту Дею, к которой был глубоко привязан - тонкую, хрупкую, нежную. Утратил возможность быть ее защитником. А она тем временем просто стояла, держа свои шелковые туфельки в руке, и молча смотрела на мужчин, и каждому казалось, будто она смотрит именно на него.

Первым в себя пришел Вайес.

– Ей по-прежнему нужен защитник, мой друг, – шепнул он Яну, слегка коснувшись его плеча. – И теперь, я полагаю, еще больше, чем прежде.

Оцепенение прошло и Ян, было, кинулся к подруге, чтобы обнять ее, как прежде, но что-то его остановило. Он стаял так близко, что чувствовал на себе тепло от ее дыхания, но не знал, что делать. Первый раз в жизни он не знал, имеет ли право прикоснуться к ней. Не мог поверить, что эти обновленные, звездоподобные глаза - ее – Деины, что эта величественная особа - его подруга.

– Ну что вы застыли, Ян? – подбодрил его Вайес. – Это все еще она – ваша подруга детства. Дея, вы ведь узнаете своего преданного друга, не так ли? – обратился он к девушке.

Она улыбнулась, слегка опустив веки, будто говорила этим: «ну, конечно», взяла руку Яна и приложила к своей щеке, но лишь на секунду. Затем обулась и направилась в сторону замка, так и не проронив ни слова.

В замок все трое вошли через центральные ворота. И Дея направилась по уже знакомому маршруту в свою маленькую каморку, в которой она провела последнюю неделю, но Вайес остановил ее.

– Ну что вы, звезда моя, – обратился он к ней, как показалось Яну, с почтением, – для вас уже приготовлены отдельные комнаты.