Отравленные морем

Ее верхняя губа сморщилась, обнажив ряд крепких зубов. Пескаторо на всякий случай отсел подальше.

У меня с собой был только кусок пирога с пекорино — овечьим сыром, купленный на пристани. Я сжевала его без всякого аппетита. Половину куска отдала Пульчино и высыпала крошки на плоский камень, отполированный волнами до идеальной гладкости. Очень хотелось пить, но вокруг было только море. Меня мучило беспокойство за Манриоло. К тем, кто покушался на власть, венеттийское правосудие было беспощадно.

— Я должна поговорить с Алессандро.

Поглощенная своими мыслями, я случайно произнесла это вслух. Скарпа оживился:

— Вот как? С удовольствием посмотрю на тебя, когда ты будешь корчиться в тюрьме!

При одной мысли о жутких венеттийских темницах у меня по спине поползли мурашки, но что еще было делать? Раненый Манриоло не сумеет себя защитить. Я снова мысленно прокляла трусливого синьора Алонзо, который сбежал из города, бросив нас на растерзание.

Теплые огоньки Оливоло печально мерцали в темноте. Как и в моем сне, нас с Алессандро разделяла широкая полоса воды.

Пульчино тоже был обеспокоен, но не стал меня отговаривать:

«Так будет правильнее, — согласился он. — В прошлый раз из-за твоей скрытности Алессандро едва не отдал Богу душу. Чем раньше он обо всем узнает, тем лучше!»

Я уже говорила, что Пульчино мог с успехом заменить голос совести? На его слова нечего было возразить. Карита, возившаяся с уловом поодаль от нас, бросила мне одну рыбину.

— ...Если речь идет о государственной измене, дознавателям разрешено применять пытки, — разглагольствовал Скарпа со знанием дела. — Кто угодно заговорит, когда ему свяжут руки над головой и растянут на дыбе, пока не затрещат суставы! А есть еще клещи. Или раскаленная кочерга. У кого нервы послабее, те начинают болтать, как только увидят ее перед своим носом!

— О, заткнись! — Не выдержав, я запустила в него рыбой.

В глазах пескаторо блеснул азарт. Шлепнувшись оземь, он обернулся, сгреб зубами подачку вместе с горстью песка, и ловко плюхнулся в море, подняв фонтан брызг.

Растерянно смахнув брызги с лица, я подумала, что в прошлый раз его превращение заняло больше времени и потребовало больших усилий. Очевидно, с тех пор Скарпа здорово поднаторел в этом деле. «Может, именно это он и хотел показать, — мелькнуло у меня в голове.