Аврора

– Теперь я вообще не понимаю, кто я и что мне делать… Да ещё, судя по всему, я теперь не просто в бегах, но и бездомная!»

- Камилла, - вполголоса сказала она, - а кому в вашем мире особенно может быть нужна эта стабильность? До такой степени, что меня… чуть ли не приковали к дому? И… почему в моём мире? То есть в этом?

- Последних новостей из своего мира я не знаю, разве что на его границах идут небольшие… - она пожала плечами. – Я даже не знаю, как их назвать? Войны? Стычки? Возможно, там нужен твой дар?

- Что будет, если я нарушу слово, данное Михаилу? – напрямую спросила Аврора.

– У меня впечатление, что ты ни в чём не разберёшься без моего рассказа о том, что со мной случилось и почему я от Михаила сбежала.

- Подожди, - подняла руку Камилла. Она посидела, сморщившись, словно вместо чая отпила прокисшего сока, а потом кивнула: - Ты права. Но Михаил – маг. Слово, данное ему, подкреплено каким-то наказанием, о чём я пока не знаю. Но ты, Аврора, сама можешь спросить у него обо всём. – И глаза матери блеснули злорадным торжеством.

- Это как? – во все глаза глядя на неё, спросила Аврора.

- Он думал – ты обычный человек, но с кровью стабильности. Последнее я поняла по твоему порезанному (или уколотому – ты говорила?) пальцу. Ещё я поняла, что в коттедже произошло нечто, из-за чего ему понадобилась твоя кровь. А это значит, ситуация была пожёстче той, что мы видели в этом кафе. Так вот. Он думал, что ваш брак не имеет законной основы в нашем мире. Теперь он знает, что – имеет.

Но, поскольку меня не существовало в реальной жизни пару десятков лет, он не знает, кто я. А потому не сумеет докопаться и узнать, кто твой отец. А для нас с тобой это очень важно…

Она замолчала, глядя на свою чашку с такой страшной улыбкой, что Аврора поёжилась и неловко спросила:

- И что это даёт мне?

- А что хочешь ты? – пронзительным взглядом впилась в её глаза мать.

Аврора думала недолго. Время было – с «определиться».

- Я хочу свободы выбора.

И мысленно пожала плечами, мысленно же качая головой: муж-то у меня, оказывается, есть – и настоящий… Любимый, хоть и нелюбящий…

Подошла официантка, убрала использованную посуду, и Камилла попросила её принести бутылку минералки.

Посидела немного, глядя вслед девушке, потом сказала:

- Можно сделать так: ты вернёшься к матери. Он там найдёт тебя. Ты задашь ему все свои вопросы. Как человек, имеющий отношение к его же миру, теперь ты имеешь на это право…

- Прости, перебью, - хмуро сказала Аврора.