Тридцать четыре Ёжки для Кощея. В погоне за женихом

В мое поле зрения теперь попала голая грудь, но от этого видения у меня захватило дыхание.

Одетый лишь в темные штаны, Драгомир невероятно привлекал меня. Я невольно залюбовалась рельефными мышцами на его груди и плечах. Золотистый цвет его кожи притягивал. Сразу захотелось дотронуться и провести кончиками пальцев по его сильным, бугристым рукам, сжимающим тунику.

— Надень, — бросил ее Кощей королевичу, а после потянулся к поясу штанов.

Решив, что он и их собирается снять, я отвернулась, но моим глазам предстал не менее ошарашенный королевич в одной тунике по колено.

— Ужас, ужас, ужас…— озвучила я вслух увиденное и потребовала: — Хватит разбрасываться одеждой, Драгомир Павлович! Оставьте штаны себе.

— Цветочек, я вроде не собирался с ними расставаться, — с лукавой усмешкой в голосе произнес Кощей. Кажется, вся эта ситуация его порядком забавляла.

— Я что, стал уродом? Заклинание не полностью сошло? — всполошился друг.

Я осмелилась убрать от лица руки.

Вглядываясь в свое отражение в окне, друг хлопал себя по заросшим щетиной щекам. Королевич уступал Драгомиру не только в росте — он был на голову ниже его и в довершение слишком худощав.

— Не переживай, ты почти не изменился. Ты и раньше не был красавцем, а сейчас… ну… появилась какая-никакая сажень в плечах, — глядя на грязные сальные пряди, лежащие на расправленных плечах, успокоила друга.

— Леди постоянно говорили о том, как я хорош, — вскинулся Зиги, внимательно разглядывая себя.

— Врали, — развела руками.

— Каждая из влиятельнейших семей мечтала выдать за меня своих дочерей, — повернулся ко мне недовольный друг.

— Кто не мечтает породниться с королевской семьей?

— Леди жаждали моего внимания, восславляли мою храбрость и мудрость! — сверкая глазами, шагнул ко мне Зиги.

— Каждый старается, как может, чтобы привлечь к себе внимание.

Тряхнув головой, королевич стиснул зубы и отвернулся к окну, и в его стекле я увидела отражение поникшего друга.

— Мирослава, Его Высочество хочет сказать, что вкусы у всех разные, — примирительно произнес Кощей и, решительно обняв меня за плечи, притянул к себе.

— Вкусы у всех разные, — согласилась я. Зиги перестал хмуриться и повернулся ко мне.